Бабушка обнимала свою девочку и плакала, Ванда и Доментий улыбались. Успевший к этому времени жениться Заурий, пренебрежительно задвигал за спину скромно одетую девушку. Даже старенький Ираклий, которому уже было за восемьдесят, покинул любимую скамейку под инжиром и вышел встретить гостей.
Все перезнакомились, перецеловались, женщины всплакнули, вытерли слезы, и Ванда пригласила всех к столу: перекусить после дороги. Основной прием будет чуть позже, когда придут гости.
Когда Анна собралась усесться за стол рядом с мужем, Ванда дёрнула ее за рукав:
- А ты куда? Идем на кухню, вечером гости придут нужно еще много приготовить.
- Я тоже есть хочу! -в голосе Анны звучал вызов.
- Вот на кухне и перекусишь, - улыбнулась тётка:
- Этери! Ты где? - Ванда оглянулась вокруг, высматривая невестку.
- Я уже на кухне, деда, -раздался тихий голосок жены Заурия.
Анна рвала и метала, она была в бешенстве. Ничего для нее не изменилось в тёткином доме! А ведь такие были надежды, что вот теперь-то, увидев, в какую достойную семью попала девушка, ее точно зауважают и начнут с нею считаться.
Не произошло ровно ничего! Маргарита, Семен и Андрей были гостями, и им был особый почет и уважение. Анна была "своя" восемнадцатилетняя девчонка и то, что она вышла замуж, не меняло ничего! Ее место было на кухне - готовить и обслуживать гостей.
Через пару дней Анна начала настаивать на скорейшем отъезде. Андрей сказал матери о том, что Анечка уже нагостевалась и хочет домой. Но Маргарита была всем довольна. Ее хорошо принимали, относились с уважением, она часами разговаривала с Ольгой, и старой женщине было приятно внимание новой родственницы.
Семен с Доментием и Ираклием попивали вино в саду. Заурий, учившийся в то время в институте в Тбилиси, рассказывал Андрею о красотах Грузии и обещал их показать, смеясь, уговаривал Андрея приехать в следующий раз без жены.
Ванда, Анна и Этери весь день проводили на кухне. Кому-то ведь надо кормить всех, убирать и мыть грязные тарелки и кастрюли.
В первый день Маргарита, было, попробовала закатать рукава и отправиться помогать, но ее усадили обратно за стол, - Ты гостья, отдыхай, мы сами справимся.
Немного подумав, Маргарита согласилась: все верно, она в гостях, а с кухонными работами три взрослых женщины вполне управятся.
В общем, довольны были все, кроме Анны, которая с каждым днем становилась все мрачнее и недовольнее. Когда через неделю Семен объявил хозяевам, что завтра они уезжают, Анна чуть не заплакала от радости.
Домой! Домой! Как же она ненавидела «эту Грузию»! Триумфального возвращения не получилось, к ней по-прежнему относились всё так же, впрочем, как и ко всем женщинам в грузинских семьях.
Быстрые поцелуи бабушке и Ванде, обещание писать и обо всем рассказывать.
Анна впрыгнула на заднее сидение и крепко сжала руку Андрея.
Доментий погнал машину в Батуми. Дорога до аэропорта заняла в два раза больше времени, чем сам перелет.
Уже вечером, засыпая в комнате Андрея, крепко к нему прижавшись, Анна шептала:
- Как же здесь хорошо. Как же я полюбила Город у Моря ...
Впереди был еще месяц отпуска и Анна, быстро позавтракав, отодвинув двумя пальчиками грязную тарелку и чашку, схватив мужа за руку, бежала на море. Плавать она не умела, но какое же это было наслаждение - любоваться набегающими волнами и ловить завистливые взгляды, когда ее красавец муж, наплававшись, выходил из моря и усаживался рядом с ней, нежно поцеловав в щечку.
Домой они приходили к ужину, и все происходило по такой же схеме: поели, отодвинули тарелки и отправились гулять в Город.
Анну приодели. Перед их отъездом в Грузию, портниха Маргариты сняла с девушки мерки и, за время отсутствия, сшила ей несколько красивых платьев. Анна гордо прогуливалась под руку с мужем. Она была не просто счастлива, она блаженствовала. Вот именно для такой жизни она была создана, а не для вечного обслуживания гостей и членов семьи, и уж, конечно, не для пахоты на заводе (так думала Анна, уже намечтавшая себе свое будущее).
Однажды Ада, заглянув к соседке и уже не в первый раз заставшая Маргариту то за уборкой, то за готовкой, то за мытьем посуды, усмехнулась:
- Что, соседушка, в прислуги к невестке нанялась?
Маргарита устало опустилась на стул:
- Знаешь что, Ада, ты бы не язвила. Я ж не дура и увидела сразу, что девочка тебе не очень понравилась.
- Что значит не очень? Она мне совсем не понравилась.
- Так и оставь свое мнение при себе! Иначе мы поссоримся! И иди домой. Мне нужно еще на работу заскочить.