- Кыш отсюда, не подглядывай, - зарделась Ольга и натянула одеяло до подбородка.
- Да ладно тебе, я видел тебя в момент рождения, и тогда ты была ... гм ... еще менее одета, - подмигнул Ангел, расправил крылья и растворился в жемчужной дымке ...
***
В положенный срок Ольга родила мальчика. Его назвали Иваном, в честь деда, отца Ольги.
Еще через три года, в год, когда началась Первая Мировая Война, в семье родилась девочка. Людвиг назвал ее Вандой ...
***
Все события, происходившие в мире, не волновали Ольгу, да и не сказать, чтобы сильно отразились на делах в поместье.
Благодатная земля Украины продолжала радовать урожаями, коровы доились и телились, лошади паслись на лугах, люди, живущие на землях поместья, были сыты, одеты, обуты, а значит, как думала Ольга, довольны и своим положением, и жизнью.
… все было так.
... до поры-до времени ...
***
Две революции, произошедшие одна за другой, гремели и что-то меняли где-то там, казалось в другом мире. Все оставалось таким привычным и таким стабильным. Ольга всегда знала, что кто-то должен работать на земле, кто-то должен руководить и направлять, а значит, в мире всегда и все будет неизменно. Да и как могло быть иначе?
... Настал 1919 год ...
Глава пятая
Молодая женщина ранним утром вошла в свой дом ...
Бабушка, как всегда, сидела у окна на любимом стуле, и снова что-то нашептывала в ушко девочке.
- Что ты расселась посреди комнаты? Не проехать - не пройти!
- Так в нашем доме где не сядь - будет посередине, - попыталась отшутиться старуха.
- Будь счастлива и благодарна мне, что у тебя на старости лет есть крыша над головой! - голос молодой женщины стал визгливым и неприятным. Но она успокоилась так же быстро, как и вспыхнула, и устало махнула рукой:
- Идите на улицу, погуляйте, мне нужно поспать после ночной смены.
Тяжелый труд на заводе, где можно было заработать хоть какие-то приличные деньги, изматывал ее физически и, что намного страшнее, морально.
Понимающие друг друга с полу-взгляда, старуха и девочка тихонько собрались и отправились на прогулку.
Уже сидя на парковой скамейке, приобняв правнучку, старуха спросила:
- Ну что, рассказывать дальше?
- Да, - тихо прошептала девочка и прижалась к своей прабабушке ...
***
Рядом с малышкой незаметно присел Ангел.
- Что, крылатый, тоже мои сказки послушать прилетел? - улыбнулась ему Ольга.
- Да, я хочу знать, как тебе жилось в те годы, ведь я прилетал так редко.
- Редко, - согласилась старуха, - А нужен был часто ...
- Прости, я не мог, - Ангел виновато опустил глаза.
- Давно уже простила ....
***
Все чаще Ольга ловила на себе враждебные взгляды.
Все чаще Людвиг куда-то уезжал на день, а то и два.
Муж становился с каждым днем все мрачнее, но Ольга продолжала прятаться от мира и от проблем ей непонятных.
Она оплакала умершего недавно отца и погибшего на фронте среднего брата, знала, что Стефан еще в начале семнадцатого года вернулся в Россию и теперь живет и работает в Петрограде ... кем работает? где именно живет? этого Ольга не знала.
Когда попыталась расспросить о брате Людвига, тот вначале просто отмалчивался, а потом и вовсе сказал, что не надо ей пока ни о чем знать.
Ну не надо так не надо.
... у Ольги был ее муж, ее земля и ее дети, остальное значения не имело ...
***
Однажды ноябрьским вечером Людвиг приехал домой злой и взбудораженный. Он велел уложить детей и сказал жене, что им нужно поговорить.
Вскоре Ольга пришла к мужу в библиотеку. Людвиг сидел в кресле, протянув ноги к огню камина и крепко, почти в нитку, сжав губы.
Он долго молчал, потом поднял на жену глаза:
- Ольга, нам нужно уезжать ...
- Куда уезжать? Зачем?
- Поедем к Стефану, в Петербург, тфу, черт, в Петроград.
- Не поминай лукавого на ночь глядя, - автоматически ответила Ольга.
- Какого лукавого?! - громко и раздраженно спросил Людвиг. - Ты что не видишь, что «лукавые» вокруг нас ... надо бежать, спасать детей и спасаться самим.
- Нет! Я никуда не поеду! Как же мой дом? Как же наша земля?
Людвиг смотрел на жену и не понимал, как она может быть такой слепой?
Неужели не замечает, что вырвавшиеся из под контроля крестьяне, уже разграбившие немецкую слободу, со страшными, дикими ухмылками, зыркают им в след. И что сдерживает до сих пор озлобившихся на весь мир людей - не понятно.
Но грабить больше некого, на очереди панский маеток, и это дело считанных дней.
- Ольга, нужно пошить себе, мне и детям пояса из ткани, ну такие, с карманами, упаковать в них золото и драгоценности. Мы уедем послезавтра, если до послезавтра доживем ... никому ничего не говори, шей сама и сама собирайся. Детям тоже ничего не говори, не надо их пугать. У нас все должно получиться, Стефан уже нас ждет.