Одрин позволил себе даже задуматься о предназначении этого предмета. Возможно, в нем были ответы на некоторые из вопросов об этом корабле. Решив попробовать, он нажал самую крупную клавишу, и широкая сторона прямоугольника внезапно ожила и засветилась, оказавшись экраном. К своему большому удивлению, Одрин узнал обозначения, увидев даже появившееся сообщение о входящем вызове. Остановив отряд, чтобы не гремели ногами по полу, заглушая все остальные звуки, офицер нажал сенсорную кнопку установления соединения.
- Пожалуйста... кто-нибудь... помогите... пожалуйста, хоть кто-нибудь... - голос, раздавшийся на частоте, перебиваемой помехами и ошибками приема, все же еще можно было разобрать. Тихий, напуганный, но живой человеческий голос.
- Вы где?! Доложите ситуацию! - Одрин, в действительности не ожидавший обнаружить здесь выживших, был слишком удивлен, чтобы задуматься о чем-то другом, кроме спасения этого человека. - Уровень, секция, коридор? Хоть что-нибудь!
- Двенадцатый уровень, медицинская лаборатория. Пожалуйста, помогите! Они ломятся со всех сторон!
- Продержитесь еще немного, мы уже направляемся к вам! - ответил Одрин и отключил сигнал. Подняв взгляд на своих подчиненных, он увидел только закрытые забрала шлемов, но был уверен, что удивлены они не меньше, чем он сам. - Все слышали?! Двенадцатый уровень, медицинская лаборатория! Наша задача - спасение выживших, поэтому выдвигаемся!
Глава 8. Цена человека
Жалости заслуживают не те, кто приносит жертву, а те, кого приносят в жертву. Элизабет Боуэн
Упавший корабль был огромен. Изнутри он казался даже еще больше, чем выглядел снаружи. Бесконечные переплетения коридоров, служебных помещений, проходов и кают, порой сменявшиеся огромными залами с силовыми установками, трансформаторами и распределительными системами. Неуправляемое прохождение через атмосферу и падение на поверхность стали причиной многочисленных разрушений и повреждений во внутренних секциях. Многие из них оказались обрушены и завалены грудами обломков. Большинство внутренних переборок прогнулось или проломилось, перекрытия между секциями превратились в кучи изуродованного металла.
Путь через искалеченные внутренности корабля больше напоминал лабиринт без выхода, где в любой момент в темноте могли появиться жуткие и уродливые создания, пораженные Роем и растерявшие остатки разума. Обезумевшие и мутировавшие твари бродили по разрушенным секциям корабля, опаленные и контуженные при падении. Штурмовые группы, пробиравшиеся по коридорам вглубь корабля, несли возрастающие потери. Твари Роя, заразившего корабль, таились за каждым углом, темным проемом или среди обломков вентиляции. Некоторые еще сохранили облик, отдаленно напоминающий гуманоидный, а от других не осталось ничего, кроме мутировавших тканей и изломанных костей.
Постоянные вспышки выстрелов и короткие доклады об обнаруженных и уничтоженных порождениях сопровождали каждый шаг на корабле. Одрин, командуя своей группой, буквально на ходу пытался определить, в какую сторону им необходимо двигаться, чтобы найти выжившего. Коридоры и залы, разбитые, обгорелые и заросшие «саваном», казались одинаковыми, а выходы ничем друг от друга не отличались. Ультразвуковые локаторы, встроенные в офицерскую модель брони, показывали только однообразные коридоры и коробки залов, идущие из ниоткуда и уходящие в никуда. Не было даже нормальных указателей, на которые можно было ориентироваться.
Только в обнаруженной лифтовой шахте получилось найти обозначения уровней и этажей. К удивлению офицера, указатели были в той же цифровой системе, что принята в Рейхе. Одрин отложил этот момент в памяти, но не стал задаваться лишними вопросами, когда вокруг и так было слишком много проблем. Сверяясь с шахтой лифта, они смогли подняться до уровня, указанного как двенадцатый. И чем выше штурмовики поднимались, тем серьезнее становилось сопротивление. Твари Роя лезли со всех сторон, стекаясь со всего корабля, вылезая из разбитых ответвлений коридоров, вентиляционных шахт, разломов в полу и стенах. Многие были ранены и обожжены, но все равно лезли под огонь, волоча по полу вывалившиеся внутренности, изломанные или обгорелые конечности. Штурмовики стреляли короткими очередями, экономя боеприпасы, беря на прицел каждую тварь и стараясь попасть в жизненно важные органы. Продвигаясь дальше по коридору, они применяли гранаты, расчищая проход, и убивали. Убивали каждую тварь, что с визгом и воем кидалась прямо на стволы автоматов, раззявив зубастую пасть.