Прошло более часа, пока вездеход, которым управлял Владимир, достиг цели. Ракета стояла на трех стальных опорах. В ясный день ее можно было видеть среди равнины километров за 20-25: серебристая сигара горела в лучах солнца. Караул жил в специальном вагончике, доставленном сюда из города. Еще издали Владимир увидел трех вооруженных марсиан. Все было в порядке.
Космонавтов знали в лицо, их вообще нельзя было ни с кем спутать, и караульный начальник беспрепятственно пропустил их к ракете.
Входной люк был закрыт. Металлическая лесенка лежала внизу. Владимир поставил ее, открыл дверцу и проник внутрь. Яхонтов последовал за ним. Все было как и при последнем посещении. Так же висели кресла на шарнирах, только налет пыли покрывал все предметы серым слоем. По внутренней лесенке Владимир поднялся в рубку и оторопел.
На полу валялся изуродованный передатчик. Чья-то умелая рука сняла важнейшие детали, поломала и испортила остальные. Единственное средство для связи с Землей оказалось уничтоженным. Некоторое время космонавты смотрели друг на друга, ничего не говоря.
- Так, - произнес наконец Яхонтов, - связь прервана. Сделано умело. Вряд ли мы сумеем исправить передатчик.
- Да, - согласился Владимир, - нам нанесли серьезный удар.
Новая тревожная мысль мелькнула в сознании Виктора Петровича.
- Проверим остальное, - нахмурясь, произнес он. - Если диверсанты проникли сюда, вряд ли они ограничились одним передатчиком.
- Нет, как будто все в порядке, - неуверенно протянул Владимир. - На пульте управления все приборы целы… Что, собственно, они могли тут сделать?…
- Посмотрим хорошенько, - повторил Яхонтов, внимательно оглядывая помещение.
- Постойте! - вдруг встрепенулся Владимир. - Я сейчас!
Он быстро выскочил из рубки. Вернулся Владимир через несколько минут. По его удрученному виду Виктор Петрович понял, что подозрения оправдались.
- Что? - спросил он.
- Окислитель!
- Выпустили?
- Да! Верхний кран открыт, и все запасы испарились!
Источником энергии для двигателя ракеты служила реакция соединения двух газов, хранившихся в баллонах под большим давлением. При соприкосновении этих веществ выделялось колоссальное количество тепла. Скорость газовой струи достигала 4, 5 километра в секунду. Потеря одного из компонентов горючей смеси означала, что ракета уже не могла взлететь с поверхности Марса и для возвращения на Землю путь был отрезан.
- Вот как задумано, - процедил Виктор Петрович сквозь зубы.
Положение было исключительно тяжелым. Запасы природного сырья, содержащего этот газ, быть может, и существовали на Марсе, но их следовало сначала найти, организовать добычу и наладить производство в достаточно большом масштабе. А времени оставалось всего полгода. Задача была явно неразрешимой.
Космонавты неожиданно попали в безвыходное положение.
- Как могло случиться? - недоумевал Владимир. - Ведь ракета все время находилась под надежной охраной.
Начальник караула, растерянный и перепуганный при виде разрушений, смог объяснить лишь, что дней за десять до этого к ним приехал марсианин, предъявивший документ и письменное приказание Владыки Анта допустить его, как специалиста, к осмотру передатчика, чтобы использовать конструкцию в промышленности.
Неизвестный поднялся в ракету и долго находился там под надзором часового, мирно занимаясь набросками и зарисовками. Закончив дело, он собрался уходить. Часовой вышел первым. Прибывший задержался, но был один едва ли пять минут.
- Но окислитель, - добивался Яхонтов, - из баков утекло огромное количество газа. Он ядовит. Неужели вы не чувствовали запаха, боли при дыхании?
- Нет, ничего, - оправдывался начальник караула.
- Весьма возможно, - пояснил Владимир. - Кран баллона был открыт лишь немного. Газ выходил едва заметной, тонкой струйкой. Все время ветер. Этот газ по весу почти равняется воздуху. Утечка продолжалась долго и могла остаться незамеченной. Тем более, что краны расположены высоко над головами часовых…
Удрученные происшедшим, Владимир и Виктор Петрович молча сели в вездеход, захватив с собой поддельный документ, с помощью которого диверсант проник в ракету.
12. Последняя карта
Элхаб был взбешен.
- Конечно, это дело рук Ассора, - сказал он, как только узнал о преступлении. - Но снова нет прямых улик… Что я могу сделать? Допустим, я арестую Великого жреца. А дальше? Судить? Но где же доказательство? Затеять процесс против самой церкви и оказаться в дураках? Слишком опасно! Влияние церкви велико, и даже Владыка должен с ним считаться!