В разделе «Космос» не было даже упоминания о предстоящем референдуме в Ново-Йорке. Но, быть может, информация о нем прошла во вчерашнем номере. Надо сказать, во всей газете я не нашла, ни одного худого слова в адрес орбиты. Никакая другая газета в Нью-Йорке или в США не освещает жизнь орбиты столь полно и объективно, как «Таймс». Вот и в этом номере они сообщили, что состоялась беседа с глазу на глаз между Координаторами из Ново-Йорка, с одной стороны, и главой Церкви Девона, с другой, – это, между прочим, первая подобная встреча за все десятилетие.
Что бы ни делалось на Бродвее – все с выдумкой; блеск идей, подтекст. Индивидуальные разработки весьма интересны. Хотите пригласить психоаналитика к своему коту? Приобрести инструментарий, включая специальные перчатки, для работы с книгами, в том числе и для занятия перепродажей книг? Хотите подыскать подходящего человечка для клана? Ребята могут быть и очень молоды, и с прекрасным образованием. Или хотите, вам откроют тайны Вселенной? Всего за пятьдесят долларов. Дается гарантия – вы будете довольны. А то, быть может, вам подсказать, как начать дело и заработать кучу денег, не выходя из дома? Бизнес по телефону; но, если угодно, вы можете работать и с почтовыми отправлениями. В свое свободное время. А пожелаете – ваших друзей избавят от душевных проблем.
Допускаю, что Нью-Йорк и многообразнее, и восхитительнее, чем все Миры вместе взятые. С тех пор, как три месяца назад я ступила на эту землю, сойдя с поезда на Пенн-вокзале, я все время крутилась на пятачке диаметром километров в сорок, но обрела так много, как не сумела обрести за двадцать один год жизни в Ново-Йорке. Если мы с Бенни и покидали дом на расстояние более двадцати километров, то мы делали это по воздуху, паря над Нью-Йорком. С высоты птичьего полета город выглядит величественным и очень спокойным, как в старые достопочтенные времена. И кажется, что верхушки новеньких красавцев-небоскребов Манхэттена вот-вот взмоют за облака. Как влияет на мировоззрение человека, на его работу, на его быт постоянное созерцание этих махин? Мне кажется, что я по-настоящему расслаблюсь лишь тогда, когда закружусь в вихре путешествий. Если, конечно, я найду верный тон, общаясь с людьми, городами и странами.
Напряжение, однако, не спадало. Дуврский вокзал оказался таким же большим и шумным, как Пени – то же столпотворение людей, суматоха; муравейник, где каждый движется по лишь ему ведомому маршруту. Был выгружен наш багаж, и мы обступили его, ожидая, пока наш руководитель отыщет представителя местной туристической организации.
– Почти все тут нагоняет тоску, – сказал мне Джефф. – Тоску по дому.
Смотря что понимать под домом, подумала я. Плотность населения в Ново-Йорке выше, чем в любом городе планеты, но в Ново-Йорке вы никогда не увидите такого скопления людей на одном кусочке земли. Я уже привыкла к столпотворению на улицах Нью-Йорка и была готова встретить нечто подобное и в Лондоне. Однако надеялась, что в Англии найдутся места и поспокойнее, не такие суматошные.
Вернулся руководитель группы и повел нас длинной пешеходной дорожкой к Английскому банку. Здесь мы выполнили необходимые формальности и получили на руки светочувствительные карточки, выдаваемые иностранцам, временно проживающим на территории Англии. Карточки заменяли деньги. Это уже было кое-что, напоминающее родину – Британия постепенно отказывалась от денежных купюр и монет-жетонов.
Когда наши паспорта были проштампованы, а на багаже сделаны соответствующие пометки в привокзальной таможне, мы наконец обрели свободу. Из недр подземки мы поднялись наверх и очутились под вечерним лондонским небом. В Нью-Йорке было два часа дня, в Лондоне – семь вечера. Стояла тишина, шел легкий снег. Мы двинулись гуськом по очищенному ото льда тротуару к автобусной остановке. Здесь нас ждал великолепный двухэтажный омнибус. И хотя я отметила множество вмятин на его обшивке, вымыт омнибус был безукоризненно.
Где-то прямо за нашими спинами высились знаменитые белые скалы Дувра, но полюбоваться ими нам не удалось, поскольку на море и сушу уже спустился темный вечер. Мы не различали ничего, кроме огней автостоянок. Проехав пару кварталов вдоль невыразительных по архитектуре модерновых строений, мы оказались за чертой города. Вероятнее всего, за окном простирался живописнейший пейзаж, но оценить его красоту я, естественно, не смогла. Нам довелось увидеть только море света на автостраде да какие-то бесформенные тени по обеим её сторонам.