Но как только Меншип приблизился к проему, он снова начал расширяться. Что-то вроде фотоэлемента. Бросившись сквозь проем, он впервые очутился на поверхности планеты. Над головой сияло ночное небо, от зрелища которого у Меншипа захватило дух, и он на некоторое время даже позабыл о необыкновенном городе, простиравшемся вокруг. На небе было так много звезд, как будто кондитер высыпал на него мешок сахара, и каждая крупинка сверкала так ярко, что было светло, как в ранние сумерки. Луны не было, но ее отсутствие как-то совсем не ощущалось. Здесь, в центре галактики, не просто видишь звезды. Скорее, живешь среди них.
Новое ощущение заставило его опустить взгляд — ощущение воды под ногами. Оно не обмануло — Меншип стоял посреди неглубокого ручейка красноватой жидкости, текущей между скругленными зданиями. Канализационный сток? Подвод воды к домам? Скорее всего, ни то, ни другое. Возможно, нечто такое, что не имеет никакого отношения к человеческим нуждам. Потому что параллельно текли другие цветные ручьи — зеленоватые, лиловые, ярко-розовые. На уличном перекрестке в нескольких метрах впереди красноватый ручей уходил в сторону, в какой-то переулок, а по главному руслу вместо него текли новые цветные потоки. В напоминавшей губку атмосфере мокрыми были не только ноги. Пижама прилипла к телу, влага настолько затуманила глаза, что их пришлось протереть тыльной стороной ладони. И все же, что представляют собой эти ручейки?
Меншип вспомнил, что с момента появления на этой планете ему не довелось увидеть ничего, хотя бы отдаленно напоминающего человеческую пищу. Но и ничего такого, что свидетельствовало бы о наличии у флефнобов желудка, не говоря уж об их ртах. Так может, они поглощают питательные вещества поверхностью кожи, всасывают их из текущих по улицам ручейков? Красный, возможно — мясо, зеленый — овощи, а на десерт… Он сжал кулаки и встрепенулся. Нет времени философствовать! Всего через несколько часов его ожидают голод и жажда. И, помимо этого — яростная погоня. Поэтому нужно поспешить с решением. Опять, протерев глаза, он огляделся. Улицы казались пустыми. Может быть, флефнобы боятся темноты, и независимо от степени респектабельности, забираются в постель, чтобы во сне переждать темень? Может быть… Рабд!
Нужно разыскать Рабда. Вот начало и конец любого решения задачи, стоящей перед ним с момента материализации на лабораторном столе профессора Лирда. Меншип попытался мысленно «прослушать» окрестности. И мозг тут же окатил поток разнообразных мыслей ближайших к нему обитателей города.