После обряда посвящения и принятия обета молчания я проходил тяжелое обучение. Ученик Аламута должен был владеть всеми распространенными видами оружия, прекрасно разбираться в ядах, быть обучен восточным единоборствам. Мы часами сидели или стояли, прижавшись спиной к крепостной стене. Ливень или град, зной или стужа, гроза или шторм, ученик должен был оставаться неподвижен. Так вытачивались сила воли и терпение. Ведь настоящий ассасин может выжидать годами, прежде чем выдастся подходящая минута для нанесения смертельного удара.
Нас научили убивать только кинжалом - его легче прятать в многочисленных складках одежды.
Каждый раз когда я протыкал муляж для обучения, я твердо знал, что не при каких обстоятельствах не совершу бесчестного убийства. К числу навыков офицеров имама Времени относят также актерское мастерство и травести - искусство маскировки. Каждого ассасина готовили для конкретного региона, и в зависимости от этого юноша изучал тот или иной язык. Им предстояло представать перед жертвой в различных ипостасях: монаха, нищего, служащего, исследователя, программиста. Зачастую требовалось месяцами, если не годами, вживаться в роль и входить в доверие.
Итак, я прекрасно владею европейскими языками, кроме этого черкесским, русским, арабским, фарси и ивритом. Мне приходилось даже пользоваться пахлевийским языком, когда я работал в регионе проживания зороастрийцев. Моя приверженность кодексу чести моего народа не позволяла мне стать политическим интриганом или убийцей. Я стал тем, кто разыскивал и добывал мистические или высокотехнологичные артефакты для отдела управления Временем и Пространстранством.
Зеленые глаза и темно русые волосы помогали легко вливаться в этнические сообщества Ближнего Востока, Европы и Америки. Я умел за несколько минут расположить к себе человека и получить нужную информацию. Это был дар.И работал он так: сначала я начинал чувствовать запах яблок, а потом ловил эмоциональную волну человека и отражал его лучшие качества. Очарованные собой люди готовы на многое, лишь бы не терять вновь свое самое прекрасное “я”.
Вот уже несколько лет я работаю в Израиле. Мое прикрытие было основано на моем адыгейском происхождении. Черкесы проживают в этой стране в поселениях Кфар Кама и Рехания. В Кфар-Каме я работаю в обществе «Нафна», цель которого - сохранение черкесского культурного наследия. В Рихании я преподаю черкесский язык в Институте изучения кавказских народов. И на святой земле мне снова нужно помнить свое родное имя, потому что здесь я - Мурат Аваров.
Несколько недель назад мне передали новое задание - нужно было войти в доверие в профессору Гаю Бен Дрор и выяснить все о его последней находке. Мне также сообщили, что наши службы отслеживают в Израиле еще двух людей, которые смогли вскрыть полотно реальности, их мощь и способности могли бы стать богатым материалом для изучения этого редкого для людей феномена. Но их данные мне пока не сообщили, поэтому я сконцентрировался на уже известной мне персоне.
Я собирал информацию о бывшей жене профессора. В протоколе, который я получил с техническим заданием, отмечалось, что именно она была самой значимой привязанностью Гая. А значит, эту фигуру нужно было завербовать любой ценой. Рада работала стоматологом в Рамат Гане. С этого я и решил начать - записаться к ней на прием и лично посмотреть на женщину, которая на многие годы оставила след в жизни крайне эгоцентричной личности.
Я набрал указанный в рекламе социальных сетей номер телефона и услышал томное и низкое "Добрый день, чем могу помочь?"
Я замешкался, голос проникал прямо в живот и разливался по всему телу расслабляющей волной. Хотелось закрыть глаза, лечь и слушать. Это не был голос стоматолога. Мне всегда казалось, что зубные врачи звучат несколько иначе.