В зале были 12 жён охотников и почему-то вместо 16 жён глав совета города, были 24 женщины из которых 8 не были под моим покровительством.
- Я уезжаю на охоту, некоторое время меня не будет, все охотничьи отряды отдайте в подчинение миссис Чвардваны, она сама наладит все выплаты и организует добычу всех полезных ингредиентов, каждая семья будет получать необходимые выплаты, которые были раньше, а может и побольше, - сказал я, сев рядом с Чвардваной.
- Ваше Высочество, у нас есть вопрос, - сказала взрослая женщина, - мы матери мужчин, которые жили в этих домах, нам нужно съезжать или позволите жить в наших домах?
- Ну я думаю, мне вы мешать не будете, а остальное решайте со своими бывшими невестками, - сказал я.
- Спасибо Ваше Высочество, они не против, хотели узнать Ваше мнение, - сказала взрослая женщина.
- Ну все, мне нужно на охоту, всем до свидания, - я вышел и отправился в здание местного суда.
Город Трасс, не большой, всего три улицы и я быстро добрался до здания суда. Меня внизу ждали и работник провёл на второй этаж, где находился кабинет главного судьи.
Две помощницы, которых я внимательно рассмотрел в своей спальни, не показав вида что смущаются, без слов и улыбок, открыли дверь в кабинет.
- Вы очень любезны, спасибо, - сказал я серьезным девушкам, которые побыстрее убрали глаза в сторону и закрыли за мной дверь.
А в кабинете были шесть Герцогинь и Судья Сонтар.
- Принц Ритол, мы приносим свои официальные извинения, что ворвались без разрешение в вашу спальню, надеюсь об этом инциденте ни кто не узнает, ради Вашего же блага, - сказала одна из Герцогинь.
- Я нечего не видел и нечего не помню, - ответил я, любуясь голыми женщинами, которых сфотографировал в своей спальне, конечно я ещё тот извращюга.
- Вот и прекрасно, тогда надеюсь, мы вас больше никогда не увидим, своим мужьям об этом случаи мы говорить не будем, но имейте ввиду, если эта новость дойдёт до них, у вас будут большие проблемы, - сказала другая красивая девушка.
- Ваше Светлость, я не самоубийца, все прекрасно понял, - ответил низко опустив голову.
- Можете быть свободны и постарайтесь никогда не попадаться нам на глаза, надеюсь Вы понимаете, что нам не доставляет удовольствие видеть Ваше лицо и вспоминать все те чувства, которые Вы заставили нас испытать, - сказала третья девушка, строго смотря на меня.
- Я понял, разрешите удалиться? – спросил я, посмотрев на судью.
- Пройдите за мной, Вам нужно поставить свою подпись под документом, - сказала она и вышла в другую дверь.
Я пошёл следом и старался не смотреть ниже пояса.
Мы прошли в небольшой кабинет и мне она дала документы на подпись.
- Под каждым договором, поставьте подпись, что вы становитесь владельцем 50% личного имущества женщин, - сказала судья, давая мне договора на подпись.
Я быстро везде черканул свою роспись, прочитав короткий договор.
- Судья Сонтар, можно сказать? – спросил, глядя на красивую судейскую форму судьи.
- Слушаю Вас, Ваше Высочество, - сказала женщина раскладывая договора по папкам, не поднимая своих глаз.
- Вы очень красивая женщина, - сказал я, чувствуя что опять лезу не в своё дело, но видел, что она давно одинока и не позволяет себе ни каких интриг.
- Ваше Высочество, я видела всех Ваших жён и думаю, они Вас искренне любят, но мне не хочется делить своего мужчину с другими женщинами, поэтому не стоит пытаться меня соблазнить, лучше держитесь от меня также подальше и не приближайтесь ко мне, - сказала неожиданно твёрдо судья.
«Нет, теперь я точно не отстану от тебя».
- Хорошо, я все понял, могу быть свободным? – спросил, стараясь не провоцировать судью, которая была напряжена, смотрела яростно и уничижительно.
- Да, свободны, - ответила судья и продолжила заниматься с остервенением своими делами.
Я вышел из этой комнаты в другую дверь, в приемной две помощницы даже не подняли головы, я попрощался, но был полностью проигнорирован.
«Нельзя такими быть», я улыбнулся и пошёл на выход из территории суда.
Вызвал своего Циклона и помчался к замку.
В замке шли приготовления, освобождённые из тюрьмы женщины, были сдержаны и не понимали что им делать дальше. Всех лишили льгот и привилегий, теперь они были изгоями общества, в добавок в общем розыске.