«Гм! — мелькнуло у коммерции советника. — Опять пришли к тому же. Опять — гони деньги...»
И вдруг мысль, которая пробудилась где-то в подсознании, когда он просматривал диплом этого симпатичного молодого человека, снова захватила господина Кархунена: а что, если... Как это звучит: активист общества «Финляндия — Советский Союз» — служащий фирмы коммерции советника Микаэла Кархунена? О, совсем неплохо, в духе времени и оригинально! Коммерции советник сразу решил реализовать свою новую идею...
— А вы не подумывали вернуться снова в область коммерции? Ведь вы с таким дипломом... А делами общества можно заниматься и в свободное от работы время. Или, может, у вас хорошее жалованье?
— Что вы! Общество в финансовом отношении бедное, и работа у меня там такая, что мое образование ни к чему. Но что поделаешь, выбора-то нет.
— А если я предложу выбор?
— Вы серьезно, господин советник?
— Я люблю шутить, — улыбнулся господин Кархунен, — но не в таких делах. Ну, как вы настроены?
— Я, разумеется, согласен. Даже не знаю, как вас поблагодарить. Для меня, поверьте, это приятный сюрприз. Я очень рад. Получить работу в Хельсинки, у вас, господин коммерции советник!
— Сейчас появилась возможность. У нас работает один Ниеминен. Стал староват, пора ему на отдых...
— Позвольте узнать, он сам решил уйти?
Не отвечая на вопрос Нийло, коммерции советник заявил уже другим, деловым тоном:
— Итак, мы с вами договорились. Когда сможете приступить к работе?
— Это уж как вам удобнее, господин советник. Конечно, мне надо съездить домой и взять расчет.
— Две недели достаточно? Ниеминен это время может еще поработать.
Затем они перешли к общим делам. Весной в Советский Союз отправляется группа туристов, в числе которых будут коммерции советник и Нийло. Кархунен сказал, что он уже написал брату Ортьо, чтобы тот приехал в Ленинград, где они встретятся. Нийло тоже договорился о встрече с Мирьей, но он не стал сейчас рассказывать об этом коммерции советнику.
— Нийло, будьте любезны, налейте нам по чашке кофе. Мне с коньяком, пожалуйста, — попросил коммерции советник.
Выпив кофе, Кархунен помолчал и потом сказал, словно само собой разумеющееся:
— Ну что ж, Нийло, вам остается позаботиться о визах и оформить все, что полагается. Вы знаете, как и что.
— Да, знаю, господин коммерции советник.
Кархунен счел нужным добавить еще:
— Пожалуй, можно напомнить с самого начала о том, что и так ясно. Служащие нашей фирмы должны в первую очередь думать об интересах фирмы. Подчеркиваю — в первую очередь. Сюда входит все — чувство долга, честность, аккуратность, энергичность, поведение. В остальном служащие пользуются полной свободой. Если человек служит верно, мы не скупимся на поощрения. Таков мой принцип. Но — как я уже сказал — что касается образа мыслей, идейных принципов, тут служащий вполне свободен. Если даже его образ мыслей не совпадает с интересами фирмы. Ведь можно найти другую работу. Нам многие предлагают свои услуги.
— Я все понимаю, — ответил Нийло. — До работы в обществе я служил в одной компании. Может, вам нужна характеристика оттуда? Или от общества? Я всегда исхожу из интересов той фирмы, в которой служу.
— Характеристику от общества? Мы верим людям.
.. Открылась дверь, и на пороге появилась Улла-Лийса. Коммерции советник поморщился. Увидев незнакомого молодого человека, девушка растерялась окончательно и, запинаясь, прошептала:
— Вот... папа... мама послала.
Кархунен взял записку, потом достал чековую книжку и вздохнул:
— Деньги, деньги... Давай, отец семейства, раскошеливайся, какими бы времена ни были. — Потом он спросил: — А вы, Нийло, женаты?
— Я? Пока нет. Мне ведь только двадцать пять.
— Немало. Самое время обзаводиться семьей. Впрочем, это уже ваше дело.
Кархунен выписал чек, но не торопился отдавать его дочери.
Улла-Лийса оправдывалась:
— Это маме нужно.
— А тебе никогда ничего не нужно?
— Да что я? Папа, вы и так...
— Да, — вздохнул отец, — себе ты не попросишь. Вот я тут выписал немножко больше, чем мама просила. Это для тебя. Скажи маме, что тебе купить.
— Папа, вы такой добрый.
Нийло сидел, уставясь перед собой в стол, — он чувствовал себя неловко, оказавшись при семейном разговоре.
Глядя на Нийло, Кархунен вдруг вспомнил: что-то подобное получилось и с ним, когда он пришел устраиваться на работу в магазин отца Сайми. Сайми тоже зашла при нем по какому-то делу. Улла-Лийса так похожа на мать! Такая же беспомощная и стеснительная. Да, в жизни многое повторяется.