О предстоящей свадьбе Марины Коллиевой говорил весь поселок. Но Мирья и Елена Петровна словно не знали о ней. Зато они говорили об Изольде. Елена Петровна сказала, как и раньше;
— Я не верю Изольде, врет она, что взяла деньги себе.
Пришла Нина и позвала Мирью к Изольде. Мирья охотно пошла. Ей Изольда тоже нравилась. Кроме того, с ней было связано что-то загадочное, а Мирья была еще в том возрасте, когда все таинственное кажется интересным.
Когда они пришли, Изольда подметала пол. Смахнув с лица волосы, спадавшие ей на глаза, она бросила веник и выбежала навстречу. Изольда так обрадовалась, что не знала, что делать: то ли помочь гостям раздеться, то ли домести пол. Она не сделала ни того, ни другого. Гости сами разделись, повесили пальто на вешалку. Пол так и остался неподметенным.
С того времени, когда Мирья последний раз видела Изольду, она мало изменилась. Только волосы ее были растрепанные и одета она была неряшливей, чем раньше. Впрочем, Мирья никогда не видела ее в домашних условиях. Они встречались только в столовой, там Изольда всегда была аккуратно причесана, в белом чистом халате, всегда сосредоточенная, озабоченная. А сейчас она, казалось, словно только что вскочила с постели, хотя был уже вечер. Ее осунувшееся лицо казалось еще более вытянутым, большой рот был чуть-чуть приоткрыт, словно она напряженно ожидала ответа на какой-то свой вопрос.
— Может, чайку попьем? — Изольда хотела идти к плите, но Нина удержала ее на месте: они пришли не чай пить.
— Мы тебя очень ждали, — сказала Нина и спросила многозначительно: — Тебе еще нужно будет ехать туда?
— Не знаю. Наверное, нет. Все и так ясно.
— Расскажи нам, Изольда, как все выяснилось, — выдавила наконец Нина.
— Выяснилось то, что было. Буду работать и постепенно погашу недостачу.
— Но это же несправедливо.
— Почему несправедливо? Кто же их будет за меня платить?
— Но ведь ты их не брала.
— Если бы не брала, то у меня бы их не требовали, — говорила Изольда безразличным тоном, словно речь шла о чем-то второстепенном. — Конфет хотите? Папа вот купил.
Она стала угощать девушек конфетами. Но Нина продолжала:
— Брось, куда бы ты такую сумму могла деть? Ведь ты ничего не покупала, питалась в столовой, у твоего отца хорошая пенсия, жили вы скромно...
— Ой-ой, — Изольда засмеялась. — Вы не знаете меня, я ведь такая, что все растранжирю, сколько бы ни было.
— Ну ладно, — вздохнула Нина. — У тебя какая-то тайна. Не хочешь сказать нам — ну и не надо.
Мирья сказала Нине по-фински:
— Чего ты расспрашиваешь? При мне она не будет рассказывать.
— Не говори чепуху, — рассердилась Нина и перевела слова Мирьи.
— А мне нечего скрывать ни от кого, — уверяла Изольда. — Все было так, как я сказала.
— Нет, не так. Если, допустим, мы поверили бы, что ты их взяла, ты бы не стала говорить с нами так. Я тебя знаю.
— Плоховато знаешь.
Изольда спросила у Нины мимоходом:
— А что слышно о Ярославе Ивановиче?
— Ничего не слышно, — грустно ответила Нина. — Мама послала запрос. Ответили, что находится под следствием. Пока еще без права переписки. Значит, расследуют его дело.
— Скорее бы он вернулся, — сказала Изольда.
Их разговор прервался: в дверь осторожно постучали. На пороге появился... Игорь.
Марина запретила идти своему жениху к Валентину играть в шахматы. Игорь дал слово, что не пойдет. И свое обещание он выполнил — он пришел к Изольде.
Игорь увидел три рта, раскрытых от изумления и похожих на букву «о». Девушки были так поражены, что' не могли даже вскрикнуть от удивления. Они не сразу заметили, какой растерянный и удрученный, чуть ли не жалкий вид у Игоря.
— Извините, что помешал, но... Изольда, я... У меня... дело к вам...
— Хорошо, говорите. — Это обращение на «вы» привело Изольду в себя.
— Я хотел бы... наедине...
— Не думаю, чтобы у нас были какие-то тайны. — • К Изольде вернулось самообладание, и, когда она обращалась к Игорю на «вы», у нее получилось естественнее, чем у него.
— Я все-таки прошу вас, — заметил Игорь уже решительно. — Может, выйдем на несколько минут.
— Вот будет здорово, — громко рассмеялась Нина, — если весь поселок увидит вас вдвоем перед свадьбой. Мирья, пойдем.