— Ты нам еще немножко объясни, и мы с Мирьей тоже научимся монтировать турбины, — подтрунивала Валерия.
Они остановились на краю скалы. Налево возвышалась плотина. Уровень воды уже сейчас был выше, чем место, где они стояли. Впереди и направо открывалось новое русло глубиной метров тридцать. Дно его было усеяно обломками скал. В широких гнездах, приготовленных для турбин, на лесах у главного здания и в самом здании в его залах работали люди и машины. Ослепительно вспыхивала электросварка. Люди на дне русла рядом с огромными скалами выглядели крохотными. Отсюда, со стороны, было трудно понять, что каждый из них делает. Казалось, они работают без всякой целенаправленности, каждый делает что хочет, просто так копошатся и возятся. Но так только казалось, потому что умом Мирья понимала, что колоссальный мостовой кран создан и вознесен силой этих маленьких людей. Это они обуздали бешеный порог, перегородили его плотиной. Чем занимается каждый из этих тружеников, знает главный инженер, старый, много повидавший, солидный человек, руководивший их работой. Знает Володя, Владимир Михеевич, который решает, чью работу принимать, а чью нет. Вот так и происходит смена поколений. Старое поколение передает созданное им своим потомкам, новому поколению. Ведь именно поколение Володи будет пользоваться благами, которые дадут новые ГЭС, оно будет управлять ими, поэтому оно должно знать, как монтируются его машины. Оно должно следить за тем, чтобы в расчетах не было бы тех ошибок, которые допускались прежде. Как на строительстве, так и в жизни.
Мирья чувствовала себя ничтожно маленькой и беспомощной, следуя за Володей и Валерией по стройке. Все увиденное буквально ошеломило ее. Она только усмехнулась, вспомнив, ради чего живет Нийло. Участок земли, да собственный дом, аккуратно окрашенная калитка, да молоко, кипящее на собственной плите. И она, Мирья, должна вернуться туда, смотреть, чтобы это молоко не сбежало. Да, видимо, такова ее судьба. Но неужели это ее судьба? Мирье не хотелось задумываться над этими вопросами, но и уйти от них она тоже не могла.
Валерия должна была сходить к начальнику строительства. Когда она ехала сюда, то думала просто попросить помочь им: согласятся — хорошо, нет — так нет. Но сейчас она решила, что просить не будет, а будет требовать, настаивать. Ведь они, хаукилахтинцы, помогают строителям ГЭС, и строители тоже должны оказать им помощь. У них и техники полно, и людей много.
Но сперва Валерия проводила Мирью до клуба. Здание клуба не соответствовало масштабам стройки, оно было небольшим, но внутри было чисто и уютно.
— Тамара, — представилась заведующая клубом, молодая, примерно одних лет с Мирьей, только очень высокая, намного выше ее. — Очень хорошо, что вы, соседи, стали к нам приезжать. Валерия Владимировна и раньше бывала, но клуб-то ее не интересует.
Тамара оказалась словоохотливой. Она ни о чем не спрашивала, а только говорила. Она даже не поинтересовалась, кто Мирья и почему она плохо владеет русским языком. Ей было достаточно, что Мирья назвалась представительницей молодежи Хаукилахти.
— Да здесь большой клуб и не планировали строить, — затараторила Тамара, оглядывая помещение клуба. — Ведь этот клуб только для персонала будущей электростанции. А людей здесь будет немного. Приезжают к нам и строители, но у них свой клуб, временный, как и весь поселок. Они, строители, сегодня здесь, завтра там. Давайте посмотрим вместе, что мы привезем...
Мирья успевала только кивать в ответ или мотать головой, когда Тамара спрашивала, надо ли брать тот или этот реквизит с собой, подходит ли это для их сцены, что есть у них самих. Однако Мирье удалось улучить момент и наскоро перечислить, что не надо везти с собой. Тамара записала. Мирья еще высказала пожелание, чтобы гости из Юлюкоски приехали чуть пораньше, надо же успеть прорепетировать на незнакомой сцене.
Уже вечерело. Рабочий день кончился. В клубе начался кинофильм, но Мирья не осталась, хотя Тамара ее очень уговаривала. Надо ехать домой, да и Виркку, наверно, застоялся и продрог на морозе. Однако Мирье пришлось уступить уговорам Тамары и пообедать у нее: мать ее, как утверждала Тамара, сготовила такую солянку, какую ни в какой столовой на найдешь, и солянка действительно была отменная.
К вечеру мороз спал. Небо по-прежнему было безоблачным. Сверкали звезды, удивительно большие и яркие. Володя заботливо укрыл Валерию и Мирью тулупом, йотом передал вожжи Валерии. Виркку рванул с места и побежал так резво, что на повороте Мирья даже вскрикнула, когда сани накренились и чуть было не перевернулись.