— Арно! — сердито окликнула его жена.
Халонен поперхнулся и пояснил:
— Ничего, Импи. Согласен, что этот анекдот неприличен, но ведь его можно рассказывать и иначе. — И он снова обратился к Матикайнену, чуть понизив голос: — И вот сидит хозяин со своим работником за столом, как мы с тобой сидим, как два финна. И говорит хозяин: «Послушай, вот ты хороший работник, плачу я тебе неплохо, ешь ты со мной с одного стола и спишь в хорошей комнате. И эта служанка...». Ну, о служанке не буду... Хозяин, значит, говорит, что, мол, все у тебя хорошо, но одного не понимаю: раз ты поел, попил, хорошо поспал, и поспал притом с этой... ну, не буду, не буду... Почему ты идешь по улице и поешь, что рабочий люд томится в нужде... Знаешь ли ты этот анекдот?
— Я знаю анекдоты и более правдивые, но господин директор может обидеться. — Матикайнен нехотя усмехнулся. — Будет лучше, если мы сумеем прийти к согласию в делах взаимовыгодных. Господин директор еще не сказал, сколько прибыли получают компания и банк от торговли с Советским Союзом. Может быть, господин директор помнит — сколько? Я, конечно, понимаю, что это тайна, которую не доверяют даже своему компаньону. Господину директору известно, что существует общество, содействующее делу дружбы с Советским Союзом. Без дружбы нет торговли, а без торговли нет прибылей. Разве не так, господин директор? Общество не делает деньги, но не может обойтись без них. Ему нужно немного, но нужно. Чтобы содействовать доброму общему делу.
— Ну, Матти, ну и вызубрил свой урок! — Халонен лукаво взглянул на Матикайнена. — Капитал и прибыли, товар и деньги, деньги и товар... Кажется, так говорит ваш Маркс. Я-то в теориях не натаскан. Моя забота — делать деньги и пускать их в оборот, чтобы финнам тоже неплохо жилось. Не так ли? Чем же нам, мелким финансовым тузам, заниматься, если мы только на это и способны? А Матти — человек идейный. Но идеи ведь тоже нуждаются в деньгах, хотя бы для того, чтобы заставить ораторов говорить о том, что рабочий люд томится в нужде и что пора кончать с буржуями и тому подобное. Ни один оратор не заберется на трибуну, коли ему хорошо не заплатят, не правда ли?
— Господин Халонен меряет на свой аршин: видимо, ему не одного оратора приходилось нанимать. Наши ораторы говорят не за деньги. И марки господина Халонена им не нужны. Речь идет об общем деле. О мире и дружбе с нашими соседями. Внешняя политика теперь — дело народное. За неверные шаги в ней финнам уже не раз приходилось расплачиваться собственным горбом.
— Знает, знает Матти свой урок, — хихикал Халонен.
— Даете же вы деньги на всякую ерунду. Почему бы не дать и на доброе дело. Кстати, говорят, господин Халонен пожертвовал изрядную сумму для армии спасения...
Госпожа Импи выпрямилась и заметила спокойно и вежливо:
— Не хотите ли вы, Матикайнен, сказать, что армия спасения — это та ерунда, о которой вы изволили намекнуть? Если вы так думаете, то глубоко ошибаетесь. Армия спасения не жалеет сил, чтобы помочь несчастным и обездоленным, алкоголикам, — Импи с горькой усмешкой взглянула на мужа, — больным, сиротам, безработным. Я должна вам сказать, что я уважаю и не могу не уважать ее активистов. Деятельность армии спасения отличается исключительной бескорыстностью.
— Прошу прощения, госпожа, я не хотел оскорбить вас и ваши чувства. Спросил просто так. Спорить с вами не буду. Скажу лишь, что сироты и безработные и прочие обездоленные предпочитают голосовать за народных демократов. Еще раз прошу прощения, если я вас обидел.
Мирья восхищалась отцом. Как вежливо он говорит! И как ему это трудно! Она хорошо знала его мнение об армии спасения.
Отец продолжал:
— А внешняя торговля? Трудящемуся нужна работа, господину директору — прибыли. Так обстоит дело?
Халонен, смеясь, потряс Матикайнена за руку.
— Денег мне не жалко. Боюсь только, что на мои деньги вы будете устраивать свои коммунистические делишки.
— В ревизионную комиссию и в правление общества входит и ваш брат, — спокойно ответил Матикайнен.
Пьяное кривляние мужа изрядно надоело госпоже Халонен. Она попросила Мирью объяснить ему, на что общество использует свои средства. Мирья не ожидала такого вопроса, она растерялась и неуверенно заговорила:
— Во-первых... во-первых, опять не уплачено за помещение районного отделения. Чтобы провести вечер, каждый раз приходится искать зал и торговаться из-за платы... И на поездки уходит много денег... Часто не хватает на зарплату... — Мирья покраснела — она сама еще не получала зарплаты за прошлый месяц.