Госпожа Халонен вела машину и о чем-то думала. Мирья опять вспомнила Нийло и вдруг решилась:
— А вы случайно не слышали, где нужны квалифицированные конторские работники?
— Конторские служащие бывают всякие. Кого ты имеешь в виду?
— Да я так, вообще... — Мирья не хотела называть имени Нийло. — Ну, например, если человек окончил коммерческое училище.
Госпожа Халонен сбавила ход — спешить им все равно было некуда — и заговорила вкрадчивым назидательным тоном, каким обычно беседовала с Мирьей:
— Видишь ли, в этой отрасли у нас безработицы нет. Конечно, люди меняют место работы, но это волен каждый сам решать. Все ищут места получше...
Немного помолчав, она продолжала:
— Если взять проблему безработицы в целом, то левые газеты сильно преувеличивают. Допустим, число безработных даже соответствует действительности, все равно к этому надо относиться очень осторожно. Ведь все находят какую-то временную работу. Кто у нас сидит без работы? Это или люди без квалификации, или мелкие землевладельцы, которые не заняты на своих участках целый год. Значит, встает проблема повышения квалификации и организации различных работ там, где существует так называемая сезонная безработица... В Финляндии теперь решаются проблемы и посложнее...
Мирье нравилось слушать ласковый и спокойный голос Импи, хотя в нем и сквозили поучающие нотки. Она верила тому, что говорила госпожа Халонен, — ведь Импи желала ей только хорошего. Правда, Мирья не раз задумывалась: почему взгляды госпожи так противоположны взглядам отца. Мирья соглашалась про себя, что левые газеты могут, конечно, освещать факты односторонне. Но одно только оставалось ей непонятным: если среди конторских служащих нет безработицы, почему Нийло не может найти работу.
В квартире госпожи Халонен было как-то особенно легко дышать: комнаты большие, светлые, нет ничего лишнего, все на своем месте. Они приготовили кофе и, как обычно, пили его в просторной гостиной за широким низким столом, за которым уместилась бы большая семья. Приятно было, развалившись в удобном кресле, листать газеты и беседовать.
— Ты целый день провела у Матикайненов? — Импи не хотелось произносить слова «дома».
— Я гуляла немного... Потом забежала к Лейле.
— Это к той, что учится в институте Сирола? В общем- то, она кажется неплохой и веселой девушкой. Ну, и что нового она рассказала тебе?
— О Кирсти. Вы ее не знаете. — Мирья еще не привыкла говорить с Импи на «ты». — После фестиваля Кирсти получила от советского парня-переводчика посылку с пластинками, но не хочет даже написать ему, поблагодарить. Разве это хорошо?
Госпожа вздохнула:
— Да, Мирья, это нехорошо... — Она пыталась поставить стоймя сахарные щипцы на столе. — За пластинки, разумеется, следовало поблагодарить. Но я сейчас подумала о другом... Видишь ли, Советский Союз — великая и могучая страна. В настоящее время ее отношение к Финляндии дружественное. Эту дружбу надо беречь как маленького ребенка, чтобы она развивалась и крепла. Если она нарушится — будут ужасные страдания, тысячи, десятки тысяч сирот... Нет благороднее дела, чем укреплять эту дружбу.
Госпожа встала и взяла со столика журнал «Советский Союз».
— Вот посмотри... Этот журнал издается в Москве на многих языках, в том числе и на финском. Видишь, бумага какая хорошая, а иллюстрации... Это очень дорогое удовольствие — издавать такой журнал на языке маленькой страны... А вот о чем я думаю: что, если каждый гражданин Финляндии будет получать оттуда посылки? Была я как-то в одной семье. Прихожу — все сидят у приемника и слушают Москву... И соседи с ними. Ответили на мое приветствие и предложили стул: сиди, мол, и тоже слушай. И знаешь, Мирья, мне тогда стало страшно — что же будет с нашей маленькой страной?
Мирья сидела, подпирая рукой щеку, и, пожалуй, впервые за многие годы не совсем понимала госпожу Халонен: что же ее страшит? Ведь она так хорошо говорит о необходимости для Финляндии дружить с Советским Союзом. Мирья встала с кресла, подошла к книжной полке, взяла энциклопедию и стала перелистывать ее.
— Что ты ищешь?
— Да вот не знаю даже, в каком году Чайковский родился.
— Он жил до революции. — Импи тоже поднялась. — За пластинки, конечно, следовало поблагодарить... Не пора ли нам, Мирья, спать?
Мирья тщательно изучила объявления в газетах и обзвонила все учреждения, где могла оказаться работа для Нийло. Но безработных служащих в городе было и без него немало. Иногда ее спрашивали: кто звонит?