В его глазах огонь, Ремезов протягивает бутылку воды, не может не улыбаться.
— Я не сомневался в тебе. Ты классно чувствуешь технику! Если у меня и есть сомнения, то в байке. Потому что на финал выйдут прокаченные парни.
Он на водительском, я рядом. Нас разделяет коробка передач, но мне кажется, что он влезает в мою личную зону, так от него фонит драйвом.
— Спасибо, не знаю даже, чем заслужила такое высокое доверие. — Пью маленькими глотками, меня еще не отпустило, я звеню внутри, слышу, как сердце сбавляет обороты. Что там с гормонами? Меня качает и не отпускает волна эйфории, я справилась! Да, это лишь отборочный, но как классно я его прошла, сделала этих самоуверенных мужиков.
Игорь красиво смеется, откидывает голову, и машину наполняет сочная мужская энергия. Громкий, его много, становится еще больше, и он… стремится мне понравиться? Ловлю это и недоумеваю. Вот зачем мешать дело и личное, хочется разозлиться, но права не имею. Он финансировал мое участие, и я сделала все шаги к победе, кроме последнего. Надо настраиваться на финальную гонку.
Отодвигаюсь к двери.
Отдаю бутылку, Ремезов берет ее, перехватывает руку и разворачивает.
— Что за тату? — обводит пальцами маленькую птичку на ветке.
Эту тату я сделала после смерти бабушки. У нее была такая вышивка — картинка в рамке, которую она сделала сама когда-то в молодости. Не знаю, что именно с ней было связано, но бабуля просила, когда умрет, положить эту картину с ней в гроб. И когда самого близкого мне человека не стало, пустое место на стене жутко бесило. На сороковой день я нашла тату-салон и показала фотографию с птичкой.
Прикрываю тату, вытягиваю руку.
— Это личное.
— М… — оглядывает меня внимательно.
Ремизов откидывается на сиденье, кладет руки на руль и потихоньку гладит его, мнет. Молчит. И мне кажется, что это он по моей коже проводит пальцами, надавливает ладонями. Черт!
Не хочу вестись, прикрываю глаза.
— А ты перед важным стартом как готовишься? Тебе нужно дать возможность успокоиться и сосредоточиться, или, наоборот, раскачать и завести?
— Если вы так меня хотите успокоить, то выбрали неверные действия.
— Мне просто кажется, что ты горячая девчонка. Тебе бы ссору закатить сейчас, чтобы злая села на байк. Нет? Или, может, сексуально завести, но не дать кончить?
— Нет. Это не про меня. — Что за психологические эксперименты? Сейчас самое время для подкатов? Открываю глаза и смотрю на него с удивлением.
— Ну как скажешь.
Подмигнув, Ремизов выходит из авто, оставляя меня одну, и возвращается через несколько минут уже со словами
— Пора.
Я не понимаю, такое поведение кажется странным, и обдумываю его, совсем забыв про гонку. Поэтому, когда выхожу на стартовую линию и обнаруживаю рядом серьезные байки и гонщиков, вмиг выбрасываю вообще все из головы и концентрируюсь на бетонной ленте, уходящей вдаль.
Глава 8. Стой, дура!
Мария Быстрова
Ведущий протягивает конверт.
— Поздравляю, это было красиво!
Звучат аплодисменты. Забираю выигрыш, иду обратно к столу. Сразу хочу отдать деньги и закрыть вопрос. Но Игорь опережает, выставляет руку.
— Убери в сумку, потом. — Тихо говорит Ремизов и чуть качает головой.
Поворачиваюсь. К нашему столу подходит мужчина, который сегодня командовал гонкой. Игорь записал меня как участника под именем Мари, а большего и не требовали. Почему Ремизову поверили на слово, что я могу в этом участвовать, не знаю. Просто приняла, как факт.
— Добрый вечер, загадочная девушка! Вас правду зовут Мари? Маша?
Мужчина явно не прочь пофлиртовать, а мне сразу тошно. Я хочу со всем тут закончить и уехать домой. Открываю поясную сумку и кладу конверт. Закрываю на молнию. Можно этого мужика просто послать? Оцениваю, как на него смотрит Ремизов, понимаю, что лучше не этого не делать.
Ладно, подожду, пока уйдет.
— Эта девушка давно из Машеньки выросла в чудесную Мари. — Очередной комплимент в мою сторону от спонсора.