– Я не чистокровный, никто из нас. Моя мать была человеком, когда встретила моего от-ца, и он обратил ее, – она погладила его по руке, и он замурлыкал. Ее смех заставил его улыб-нуться. – Ты ему нравишься. И чтобы ты знала, я никогда не смогу причинить тебе боль. Ты теперь часть моей семьи, и никто из нас не сможет причинить тебе боль.
– Человек, который... волк. Он тоже настоящий? Я имею в виду, он был настоящим? – Картер кивнул, и Хан разрыдалась. – Я действительно видела его. Я действительно видела, как он превращается в волка и его убили.
– Да, – он оттащил свою кошку, но держал ее за руку. – Мне нужно сказать тебе больше, если ты считаешь, что справишься.
– Я не сумасшедшая, – она закрыла рот рукой, и слезы продолжали течь. – Я не сума-сшедшая. Я в здравом уме, как и ты. Ты в своем уме, да?
Он рассмеялся.
– Думаю, что да. Я так рад, что ты не восприняла это так плохо. Я думал... ну, не уверен, что думал, но я не думал, что ты справишься так хорошо.
Она крепко сжала его руку, и он отпустил ее. Когда Миша узнает об этом, ему придется дорого заплатить, но Картер решил, что ему это нужно не меньше, чем ей. Когда она снова кив-нула, он протянул ей платок и тихо заговорил.
– Мой брат Миша – твоя Пара. Я знаю, что ты понятия не имеешь, что это значит, но ты его жена, – она начала трясти головой. – Дай мне закончить, пожалуйста. Мне нужно объяснить тебе, что мы можем для тебя сделать.
– Я не хочу, чтобы он был рядом. Он ненавидит меня. И... и он мне тоже не очень нравит-ся.– Она покачала головой и убрала руку, – расскажи мне остальное, но я не собираюсь быть его женой. Пожалуйста, не заставляй меня.
– Он твоя пара, милая. И он вытащит тебя отсюда. Когда он это сделает, он отвезет тебя к себе домой и позаботится о тебе. Чтобы убедиться, что ты в безопасности, как и все мы. Тебе никогда больше не придется возвращаться к матери. Он об этом позаботится, – Картер наблю-дал за ее лицом и видел, что она не собирается этого делать. Ни за какие деньги. – Миша сказал, что, если ты это сделаешь, он сделает так, что тебе никогда больше не придется работать, что у тебя будет все, что ты захочешь, в разумных пределах, а также его деньги.
– Его деньги? – Картер кивнул. – Он думает... он тоже захочет заняться со мной сексом? Я имею в виду, как его жена, это в значительной степени данность, не так ли?
Картер не знал, что ей ответить, поэтому сказал, что это, само собой разумеется.
– Он защитит тебя. И этого должно быть достаточно, пока ты не полюбишь его, верно? Я имею в виду, он заноза в заднице большую часть времени, но он никогда не навредит тебе.
– Ты так думаешь? – Картер не понял боли, которую услышал в ее голосе, и попытался придумать, как это исправить. – Я бы хотела, чтобы ты закончил то, что хотел мне сказать.
Картер кивнул. Может быть, он ошибся насчет боли, которую услышал, и подумал, что с ней не так, и решил, что это от долгого сидения. Поэтому он достал свой список и начал с того, что она должна была сделать и сказать.
– Нельзя упоминать волка или кота. Когда придет доктор, чтобы оценить тебя, ты просто ответишь на его вопросы как можно правдивее, но не упоминай волка или мою кошку.
Она кивала, но больше не произнесла, ни слова, пока он заканчивал. Картер чувствовал себя так, словно что-то потерял. Ее дружба была... для него было важно, чтобы она доверяла ему. Когда он спросил, есть ли у нее вопросы, она ответила, что только один.
– Если это сработает, чего твой брат будет ждать от меня? Я не имею в виду... я знаю, что он чего-то ждет. Никто не пошел бы на все эти хлопоты ради меня без чего-то взамен. Что это? – Он сказал ей, что обязан заботиться о ней и ничего больше. – Понимаю. Попроси его соста-вить список своих ожиданий, и пришли его мне.
– Обязательно, – Картер наблюдал за ее лицом, пока она устраивалась на кровати. Он хо-тел сказать ей, чтобы она забыла об этом. Что ей лучше сказать им, что он частично перевопло-тился, и что она видела волка. Здесь она будет в безопасности, а Миша... Миша не причинит ей вреда. Потому что, сидя здесь, Картер знал, что Миша причинит ей боль.
– Тогда я подожду список. Когда ты получишь его... когда он будет здесь, я обязательно дам тебе знать, что я хочу сделать, – Картер встал, но прежде чем он успел сказать что-то еще, вошел его друг.
Уходя, Картер потянулся к Райдеру. Он пока не хотел говорить с Мишей и сказал Райде-ру, чего она хочет. Райдер сказал, что попросит Мишу, чтобы она его получила.
– Ей нужно что-нибудь еще? – Картер хотел сказать ему, что ей нужно все, но сказал, что у нее ничего не может быть. Потом он рассказал ему о кресле и обезболивающих. – Я попрошу Дэнни Хадсона позаботиться о ней.
– Я не собираюсь приносить ей список. Миша может попытаться меня заставить, но я не буду. Не думаю, что смогу справиться с болью на ее лице, когда он говорит о том, чего он хочет, и она получает дерьмо, – Райдер начал было защищать Мишу, но Картер перебил его. – Нет. Ей нужен этот список, и я действительно не могу винить ее за то, что она хочет знать, что прямо перед ней, но я не передам ей, зная, что это причинит ей боль.
– Все в порядке. Я передам ей его другим способом. Кроме лекарств, она упоминала что-нибудь еще?
– Угу. Она до смерти рада, что не сошла с ума.
Картер нашел себе гостиницу на ночь. По какой-то причине, он просто не хотел отправ-ляться домой. Лежа на кровати с выключенным светом, он думал о том, что ему делать. Он по-нял, что настало время переехать в свое жилье. Он собирался начать поиски завтра, как только проснется. Может, он возьмет эту работу на Западе. Настало время перемен.
Глава 6
Миша сидел в приемной, чтобы быть рядом, когда что-то пойдет не так. Он не сомневал-ся, что так и будет. Его мама была зла на него. Райдер тоже, но у него была веская причина. А Картер отказывался с ним разговаривать. У него сейчас слишком много забот, чтобы разбирать-ся с их эмоциями, когда вся его жизнь висит на волоске.
Список– как его стали называть, делал его похожим на плохого парня. Он хотел обвинить в этом Ханну, но это был его список. Она только попросила об этом. Миша действительно считал, что это разумное объяснение того, чего он ожидал. Вопреки их убеждениям, он хотел получить от нее тот же список, и он примет во внимание все ее ожидания. По его мнению, именно он должен был внести наибольшие изменения в свою жизнь. Но он должен был признать, что ему нравится иметь собственный дом.
Его мама злилась на него за то, что он сказал Ханне. Он перечислил такие вещи, как под-держание чистоты и ежедневное купание. Откуда, черт возьми, он мог знать, что женщина оби-дится на это? Если она не хотела знать, то не должна была спрашивать. Он вычеркнул эти две вещи, но оставил, что она должна держаться подальше от его спальни, если он не хочет секса. Для него это был хороший способ показать, что их брак выгоден только им обоим и ничего больше. Она получит дом и крышу над головой, и ему не придется беспокоиться о том, чтобы найти партнершу в постели, когда он захочет секса. В любом случае, он не нуждался в этом так часто.
Другие вещи, например, она должна спрашивать у него, если расходы превышают пятьсот долларов, просто умный ход. Он не хотел разориться через несколько месяцев после свадьбы. И он собирался жениться на ней.
– Я должна была бить тебя больше, – он был шокирован тем, что мама сказала ему это. – Может быть, тогда ты был бы намного милее, если бы все шло не так, как ты хочешь.
Он не понял этого и оставил ее на кухне. Но Райдера он ударил, несколько раз, прежде чем, наконец, почувствовал, что отстоял свою точку зрения. Он не собирался ставить ее имя на чем-то, что он не мог контролировать. Не было никакого смысла ставить ее имя на доме, маши-нах, которые он так старался заполучить, или страховом полисе. Что, если у нее будет еще один приступ, и ему придется отправить ее в больницу? За это он заработал синяк под глазом, три сломанных ребра и окровавленную губу. Райдер тоже был не в лучшей форме, но теперь он не отвечал на его звонки, когда был ему нужен.