И остановилась.
Как вкопанная. — Кажется…
Кажется, я нашла.
Вижу служанку, о которой говорила маменька.
— Хде?
— Я только сейчас заметила.
Раньше её не видела.
Потому что твои космодесантники…
Они закрывали вид.
Вид на эту девушку.
— Да где же?
— Под пальмой.
— Но пальма сгорела.
— Самилака.
Не все пальмы сгорели.
Вот.
Под пальмой стоит.
Замечательная девушка.
Ведет себя тихо.
Скромно.
Спокойно ожидает.
Ждет, когда дойдет очередь до неё.
— Хм!
Для служанки она очень красивая, — я покачал головой. — Аристократичная.
Даже немного высокомерная.
Прекрасно сложена.
Туловище пропорциональное.
Ножки длинные.
Стройные ножки.
Головка миленькая.
По одежде видно, что девушка воспитанная.
Благовоспитанная.
И со вкусом.
Блестящее короткое платьице.
Фиолетовое.
Платье — моделек.
На левом плече золотой погон.
Чулочки на подвязочках.
Конечно, при модельной одежде немного в дисгармонии сапожки.
Сапожки с золотыми пуговичками.
Белые лакированные сапожки.
Выше колен.
На тончайших каблучках-шпильках.
Ей не хватает только шляпки.
Изящной шляпки.
С колибри.
ДЕВУШКЕ ВСЕГДА ЧЕГО-ТО НЕ ХВАТАЕТ.
— По-моему у неё всё в порядке, — Дафна прищурилась.
Мы не подходили.
Разглядывали девушку издалека. — Наша маменька тоже любит высокие сапоги.
Выше коленей.
Сапоги на длинных каблучках-шпильках.
И никто не скажет, что мамочке они не идут.
Мамочка выглядит дорого.
Наша милая мамочка. — Дафна перевела дыхание. — Мне эта аристократка служанка понравилась.
Понравилась с первого взгляда.
Наверно, она из благородного рода.
Из обедневшего благородного рода.
На Имперскую камвольно-прядильную фабрику она не пойдет работать.
Голубая кровь не позволит.
А жить в богатой семье — самое то.
То, что нужно обедневшей аристократке.
Я подумала…
Что наша мамочка не сравнится с этой служанкой.
По миловидности не сравнится.
Я внимательно вглядываюсь в эту девушку.
Её лицо светится холодным презрением.
Ко всем.
Но при этом…
Улыбка.
Загадочная улыбка.
Глаза зеленоватые.
Холодные глаза.
Смотрят неприветливо.
И недоброжелательно.
Мне не нужна в служанки простушка с добродушным взглядом.
Кожа у неё белая.
Блестящая белая кожа.
Заметно выступают губы.
Кроваво алые губы.
ГУБЫ ДЕВУШКИ — МАЯК ДЛЯ МУЖЧИН.
— Ах!
Маменька! — Дафна воскликнула.
Наконец. — Я нашла.
Нашла служанку.
Которую вы мне приготовили в подарок.
Эта — красавица девушка, которая стоит под пальмой?
— Ох, милая доченька, — маменька ответила. — Она будет трудиться.
Усердно трудиться.
Для тебя.
И, может быть, для Самилаки.
Если ты позволишь.
Но…
Эта служанка имеет один талант.
И будет радовать тебя этим.
Талантом…
Да.
Талантом своим будет радовать.
Дело в том, что Щаща…
Её имя — Щаща…
Она древнего имперского рода.
Род очень знаменит.
И прославился род тем, что прапрабабушки были воительницами.
Очень смелыми воительницами.
И всегда красивыми.
У них в роду тысячелетиями оттачивался навык.
Навык борьбы ногами.
— Навык борьбы ногами? — Дафна прошептала.
Зачаровано.
Глаза затуманились.
— Да.
Предки Щащи сжимали голову врага между ног.
И…
Раскалывали голову.
Как орех.
Как кокосовый орех.
НЕКОТОРЫЕ НАВЫКИ УДИВЛЯЮТ.
— Но…
Маменька.
Моя головка. — Дафна провела ладошкой по головке.
— Тебя Щаща не тронет, — маменька засмеялась. — И твою подружку Фиби не тронет.
Щаща — миролюбивая.
Нуууу, как миролюбивая.
Как борзая собака.
Борзая спокойная.
Но, если увидит цель…
То не остановишь.
Щаща будет колоть для тебя кокосовые орехи.
Между ног.
В смысле коленями.
И ляжками…
Или ещё что другое раскалывать.
Щелкает орехи ногами.
Поэтому можно звать её Щаща-Щелкунчик.
Или Щелкунчик.
Или просто — Щаща.
— Прикольно! — Дафна захлопала в ладошки.
Наш папенька вскарабкался на пальму.
На целую пальму.
Не на сгоревшую.
Бережно сорвал два кокоса.
Бросил вниз.
Один кокос разбил чашку.
Это была мамина любимая чашка.
Голубая.
Щаща поняла нашего папеньку.
Без слов поняла.
ПОНИМАТЬ БЕЗ СЛОВ — ИСКУССТВО ГЛУХИХ.
Щаща присела на пенек.
Пеньки у нас специальные.
Модерновые пеньки.
Щаща приподняла юбочку.
Широко раздвинула ноги.