Жухрайских диверсантов.
Лично руководишь ротой.
Рота бравых космодесантников.
Поэтому я здесь.
Чтобы проконтролировать.
Поверь, Самилака.
Тебе будет выплачено вознаграждение.
Большое.
Очень.
И ты, конечно, поделишься деньгами с тем, кто этому способствует.
— Очень.
Обязательно поделюсь.
— Вот и прекрасно! — советник Балу отступил на два шага.
Потирал ручки. — Пожалуй, я тебя поцелую!
Самилака.
По-мужски!
По-дружески.
Как настоящий мужчина настоящего мужчину
ВО ВРЕМЯ ПОЦЕЛУЯ НЕ СМЕЮТСЯ, ЧТОБЫ ПОЦЕЛУЙ БЫЛ ИСКРЕННИМ.
— Йа… — Я не успел.
А советник Балу успел.
Он облобызал меня.
Троекратно.
— Вот теперь — мы побратимы!
Братья.
Братья по поцелуям.
Можем говорить откровенно.
«Он лжет
Он тонко рассчитал ходы, — я понял.
Втерся в доверие.
Ко всем втерся.
Ко мне, к Дафне, к Фиби и Щаще.
И…
Очень подозрительно, что сержантка Мишель исчезла до его прихода.
Нет ли тут связи?
Может быть, сержантка Мишель — как раз и есть тайный агент Имперской Канцелярии?»
Я подумал.
С удовлетворением подумал, что тайный советник не видел и не слышал, как я разговаривал с Мишель.
И не отметил, какая между нами пробежала кошка.
Черная кошка.
— Самилака! — советник светился. — Подойди к моей жене.
Лариса ждет на диванчике.
Под пальмой.
В холле.
Поздоровайся с ней.
Она расстроится, если не увидит тебя.
Бравый командир роты космодесантников.
«Ого! — Я возгордился. — Я уже бравый командир.
И это известно даже в Тайной Имперской Канцелярии!»
— А я опрошу свидетельниц, — советник Балу достал голограф
Изящный голограф.
Последней модели.
Очень дорогой. — Свидетельниц атаки жухрайской диверсионной группы.
СВИДЕТЕЛЕЙ НАДО ОПРАШИВАТЬ, ПОКА ОНИ ЕЩЁ ЖИВЫ.
Я покинул комнату.
Прошел по коридору.
Да.
Действительно.
Советник не обманул.
В холле сидела девушка.
На диванчике.
Вернее — молодая женщина.
Вид у нее надменный и холеный.
«Лицо кажется маской.
Безупречно раскрашенная маска. — Я рассматривал жену советника Балу. — Бледно розовое платье.
Открытая ложбинка на груди».
— Госпожа Лариса! — Я щелкнул каблуками.
Получилось звонко.
И торжественно.
— О!
Герой нашего времени!
Лейтенант Самилака!
Рада тебя увидеть! — жена советника поймала мой взгляд.
Проследила за ним.
А мой взгляд остановился как раз на её груди.
Я смутился.
Сгорал от стыда.
ОТ ЛЮБВИ МОЖНО СГОРАТЬ ОЧЕНЬ ДОЛГО.
— Взаимно! — Я проблеял.
— Присаживайся, — тон Ларисы многообещающий.
Тягучий тон. — Во что сыграем?
— В солдатиков, — я ответил машинально.
Понял, что сморозил глупость.
Лариса засмеялась:
— Дон лейтенант Самилака!
Солдатка Лариса к твоим услугам.
Жду твоих приказаний.
— А муж? — Я спросил.
Спросил как бы не от себя.
А вспомнил подобную сцену из галосериала.
Зачем я это сделал?
— Нуууу, — жена советника протянула. — Ты — нехороший мальчик.
Всё испортил.
Тебя надо наказать.
— Меня сержантка Мишель просила наказать её!
А теперь наказание ждет меня? — Я ляпнул.
— Неужели, я тебе не нравлюсь? — Лариса достала золотую пудреницу.
С бриллиантами. — Не может быть.
Я – идеальная.
Я нравлюсь всем.
— Я сегодня много понял, — я пробормотал. — Говорил с разными людьми.
И андроидами.
Поэтому…
Неловок.
В общении. — Мои щеки горели.
ЩЕКИ ГОРЯТ — К ДЕНЬГАМ.
— Я предлагаю пообедать.
Завтра. — Лариса улыбнулась.
Многообещающая улыбка скользнула по мне. — Я.
Ты.
Твоя сержантка Мишель.
И мой муж Балу.
— О! — Я произнес рассеяно. — Моё сознание сейчас занято.
Занято бегством сержантки Мишель.
Я думаю, что она — стерва.
Холодная.
Безмозглая стерва.
— Наверно, — голос Ларисы безразличный. – Самилака.
Ты хочешь затащить меня в постель.
И проникнуть…
За мой совершенный фасад?
— Мне…
Бееее.
Эта идея по душе. — Я проблеял. — Но…
Как можно?
Я ещё никогда…
— Тогда завтра устроим обед.
Совместный.
Я с мужем.
Ты – с любовницей Мишель.
— Но…
Сержантка Мишель мне не любовница.
— АХАХА!
Самилака!
Какой ты глупенький! — Лариса потрепала меня по щеке. — Впереди ещё целая ночь.
НОЧЬЮ СЛУЧИТСЯ ЧУДО, И ТЫ СТАНЕШЬ МУЖЧИНОЙ.
Да! — Лариса опустила пудреницу.
На мгновение. — Завтра в сауне «Спейс контроль».
Это потрясающее место.
Там можно увидеть принцессу Жули.