Что? Даже сама не трогала себя?
Прям совсем первый я у нее.
Довольно улыбаюсь и слежу за ее реакцией.
Без труда нащупываю выступающий бугорок, но, как только касаюсь его, Аня приподнимается, упираясь в мои плечи.
- Сейчас будет хорошо, - шепчу я и надавливаю на нее, заставляя вновь сесть на мой член. Пока еще в брюках. Но как же я буду насаживать ее на него.
Рычу и уже увереннее обвожу клитор по кругу. Чуть задевая его. Просто обвожу по кругу.
И слышу первый стон. Еще скромный такой. Едва слышный. Подавляемый.
Аня все еще пытается контролировать себя. И тогда я кладу большой палец на бугорок и начинаю натирать. Нежно и медленно и потом резко быстрее и сильнее надавливая.
Аня вскрикивает и запрокидывает голову. Я обхватываю ее за шею и прижимаю к себе.
И наслаждаюсь ее стонами. Они становятся все громче и громче.
А еще она начинает елозить на мне. Своей попкой трется о мой член. И я стискиваю зубы от удовольствия. Мне нравятся ее движения.
Но еще больше мне понравится, когда она будет делать то же самое, но с членом внутри нее. С моим членом.
Аня уже на подходе. Сейчас кончит. Сожмет там внутри все.
Я продолжаю ласкать клитор, пока она не замирает и не стонет долго и протяжно.
Сжимает ноги от оргазма и я позволяю ей это сделать. Ладонью поглаживаю нежно пульсирующее лоно.
Сладкая девочка и кончает сладко.
- Понравилось? – спрашиваю я, когда она открывает глаза. Взгляд такой потерянный. Губы пересохли, а щеки горят. – Понравилось тебе, Анечка? – еще раз провожу у нее между ног.
Она не отвечает. Смущается и опускает взгляд. Но я и без ее ответа знаю, что понравилось.
- Это не самое приятное, что я могу с тобой сделать, - наклоняю ее голову к себе и шепчу на ушко. – Ты такая горячая, Анечка, - глажу ее тело. – Уверен, нам будет очень хорошо вместе.
Встаю вместе с ней. Пока она еще не отошла от оргазма – в кровать. Пора и мне получить сладкое.
Не доношу ее до спальни. Прижимаю спиной прямо к стене и опять впиваюсь в губы. Так манит. Не отпускает.
Будь кто другая, трахнул бы прямо здесь, у стены. Но с Анечкой не могу. Первый раз должен ей понравиться. Чтобы сама потом прыгала на мой член.
Поэтому прикусываю ее губу и несу на кровать. Кладу и сам нависаю над ней.
- Тигран, - опять начинает она, - я не уверена, что…
- Я мужчина и я уверен. Этого достаточно, - отвечаю я. Наклоняюсь и впиваюсь в ее шейку. Мне нравится, как она реагируют на эти поцелуи – пытается прижать голову к плечу, как будто ей щекотно.
- Я… - шепчет чуть слышно и поправляет платье, которое я пытаюсь задрать.
Хочу увидеть ее голой! Сколько можно?! Все слишком затянулось.
Чтобы опять начать здраво мыслить, мне обязательно надо ее трахнуть. Да и она готова. Просто в первый раз. Боится, маленькая.
Я опять задираю ее платье наверх и сжимаю попку.
И вот, когда в голове уже ни одной мысли, кроме как завладеть, наконец, этой девочкой, в мозги врезается звонок.
Я даже не сразу верю в его реальность. Не обращаю внимания и продолжаю ласкать Аню.
- Тигран, - чуть толкает меня она. – Ты не слышишь? В дверь звонят.
Отрываюсь от ее сладкой шейки и смотрю на нее, не понимая смысла произнесенных слов.
Черт. Как в бреду. Точно.
Что со мной?
- Только не говори, что это побочное явление от фуксина, - улыбается Аня. – Ты еще и слух потерял?
Дерзкая девчонка. Ну, подожди.
Звонок повторяется.
- Только не говори, что ты дала мой адрес Софье Теодоровне, - усмехаюсь я, вставая с нее и застегивая рубашку.
- Нет, не успела, - отвечает Аня, вскакивая с кровати и поправляя одежду. – Уверена, что Джульетта сразу же взяла след!
Смотрю на нее – она же шутит? Надеюсь, что да.
- Здесь сиди, - говорю строго и иду в коридор.
Опять звонок. Раздражает.
Все звонки раздражают – и в дверь и по телефону. Хоть на необитаемый остров ее увози.
Нехотя открываю дверь.
Да чтоб тебя!
- Мама? – вырывается у меня.
- Здравствуй, Тигранчик, - мама заходит и сразу же целует меня.
- Что-то случилось? – спрашиваю я, заправляя рубашку в брюки. – Почему ты здесь?
- Ну, ты сам же забыл о нас. Звоню – не перезваниваешь. Не был у нас уже сто лет, - мама проходит в гостиную и осматривается. – Ты не один?
- С коллегой, - отвечаю я. – Срочное дело. Мам, что-то случилось? Нам бы еще поработать надо.
- Отец гордый, - говорит она. – Сам не придет. Как и ты. Но ничего, я у вас не гордая. Сама, вот, решила навестить сына. Раз уж он забыл о нас.
- Мам, я же работаю.
- За все выходные ты не нашел минуты, чтобы ответить матери на звонок? – смотрит с упреком. Она права, конечно. Но можно это все выяснить потом?
- Добрый вечер, - тут появляется Аня. – Уже причесанная и в расправленной одежде.
- Коллега? – мама приподнимает бровь. – Ах, ну да, мы же уже встречались. В офисе. Так?
- Я пойду, Тигран Русланович, - говорит Аня. Убить готов ее, но сдерживаюсь. Не при маме. Маму я очень люблю. Зачем ее огорчать?
- Мы не закончили, - говорю, пытаясь скрыть злость в голосе. – Анна Никитична, дело не ждет до утра. Мы еще не обсудили пункт… хм… ответственности и санкций, - взглядом пытаюсь донести до нее, что будет, если она сейчас уйдет. – Очень суровых санкций.
- Я там дополнила договор пунктом о необходимой обороне, - отвечает она и я прямо вижу, как дрожат уголки ее губ. Играется, девочка. Опять. – Главное – рассчитать силу удара. Так ведь, Тигран Русланович?
- Ну, я вижу, что и правда помешала рабочему процессу, - улыбается мама, переводя взгляд с меня на Аню и обратно. – Впервые вижу, чтобы в твоем окружении такая красивая девушка еще и умной была.
- Вы просто с Илоной незнакомы, - вдруг выдает Анечка.
Я приподнимаю бровь – это что? Ревность?
- Ладно, пойду я. Такси вызову, - убирает взгляд и роется в сумочке.
- Мне тоже пора, - улыбается мама. – Не надо такси, я довезу вас. Вы где живете?
И они уже мило беседуют между собой, обсуждая маршрут.
А я?!
Я понимаю, что сейчас мама уведет от меня Анечку. Ехать к ее дому – не вариант. Я уже стоял там под домофоном. Ведь опять не впустит.
Смотрю на Аню, которая с усмешкой смотрит на меня.
Не впустит.
- Я сам отвезу Аню, - говорю я, хватая брелок от машины с тумбочки.
- Ты пил, Тигран, - останавливает меня мама и косится на стакан с виски на столе. – Ни в коем случае за руль нельзя.
- Я сам разберусь, - начинаю злиться. – И я не пил, - вру, конечно.
- Пил, пил, - кивает Анечка. – Я и сама с пьяным не поеду.
- Вы мне нравитесь все больше и больше, - улыбается мама, глядя на Аню. – Ну что? Поехали? Завтра в офисе все дообсуждаете.
Черти что! Я чувствую себя как подросток, застигнутый родителями за просмотром порножурналов!
Что, сука, происходит?!
17. Аня
- Меня зовут Алина Витальевна, - произносит мама Тиграна, когда мы выходим из подъезда.
- Я – Анна. Вы извините меня, - говорю я в ответ.
- За что?
- За спектакль тот, - отвожу взгляд. – Понимаю, что наше знакомство мало принесло вам радости. Извините.
- Это почему же ты так думаешь? – улыбается Алина Витальевна. – Пошли, - кивает в сторону красивой машины.
- Нет-нет, - мотаю головой. – Я сейчас такси вызову.
Начинаю рыться в сумочке.
- Анна, - говорит она. – Никаких такси. Я же сказала, что отвезу. Пошли. Нельзя девушке одной в такое время по непонятным такси разъезжать. Пошли.
Ее тон не оставляет ни шанса на споры.
Прежде чем сесть к ней в машину, я поднимаю взгляд и ищу окна Тиграна. Везде темно. Наверное, спать улегся.
Сажусь в машину и называю адрес.
Какое-то время мы едем молча. И это хорошо. Мне так спокойнее.
Я не знаю, о чем говорить с мамой Тиграна. Да и вообще сама ситуация выглядит странно.
На телефон поступает сообщение: