Тигран громко выдыхает.
- Мне надо было подумать, - говорит, глядя вниз.
- Подумал? – спрашиваю я, застегивая куртку.
- Да, - Тигран поднимает голову и смотрит мне в глаза.
- Хорошо подумал?
- Да,- вижу, как он начинает хмуриться и желваки ходят по скулам.
- Значит теперь моя очередь думать, - говорю я.
Быстро открываю дверь, спрыгиваю с Тиграна и выхожу из машины.
- Постой! – Тигран следует за мной. – Что за представление? Садись в машину!
Ага! Сейчас! Иду, не оборачиваясь.
- Анна! Быстро иди сюда! – в голосе злость. Я прямо слышу ее.
Я останавливаюсь. Медленно поворачиваюсь. Вижу, как на лице Тиграна появляется та самая самодовольная ухмылка. И тогда я прикладываю к губам три пальца, целую их, глядя на Тиграна. И сгибаю два крайних пальца, демонстрируя Тиграну самый средний свой пальчик.
Вижу, как перекашивается его лицо. Глаза недобро блестят. И он срывается ко мне.
Я быстро разворачиваюсь и забегаю в метро.
- Думал он! Мыслитель какой! Пять дней думал! – Машка негодует, сидя напротив меня в кафе.
Я молча тяну в трубочку «Американо».
- У него башка там квадратной не стала от таких дум?
Мотаю головой. Машка косится на меня.
- Страдаешь?
Не отвечаю.
- Страдаешь, - тяжело вздыхает. – Ну что, вот, мужики за народ такой?! Все хорошо. Нет. Надо все испортить своими сомнениями! Слушай, а сели бы не удалось тебе сбежать, что бы он сделал?
- Там без вариантов было, - отвечаю я. – Час пик. Он бы не поймал.
- Ну а если бы?
- Как говорит папа, слишком много «если», - вздыхаю.
- Блин, а все же интересно, что там такого твой папа Алмазову сказал?
- Ну, я могу догадаться.
- Думаешь, папа знает, что вы… ну… того… уже? – Маша такая нерешительная, что вызывает у меня улыбку.
- Думаю, что нет. Иначе была бы другая причина , почему он пять дней не появлялся.
- Зато ты была бы спокойна! – заявляет Машка. – Знала бы, что он за тебя пострадал, а не просто так скрывается. Вообще, конечно, странный он. Пять дней думать. Прямо даже интересно, что же он там себе надумал.
- Нуууу, - тяну я, - сразу под юбку полез.
- Дааааа, - тянет она в ответ. – Так неожиданно, - улыбается. Я улыбаюсь в ответ. – Что делать-то будешь? Ты же понимаешь, что это не все. Может, папе пожаловаться? – хитро смотрит. – Так и сказать, Тигран Русланович руки распускает и пусть мне это нравится, но я же не такая.
- Маш, - строго смотрю на нее.
- Ладно, не грусти. Что-то мне подсказывает, что скоро подарок готовить надо будет.
- Кому?
- Тебе.
- У меня день рождения через полгода. Какой подарок, Маш?
- Дорогой, - отвечает с улыбкой. – Только это. Знаешь, что? Я зеленое платье не надену.
- О чем ты? – смотрю удивленно.
- Ну, типа подружки невесты должны быть в платьях, сшитых из одного материала и одного цвета. Не вздумай выбрать нам жабий цвет, как Ирка! Я не приду! Мне зеленый не идет!
- Блин, Маш, ну хватит. Какая невеста? Какой подарок?
- Ладно, - подмигивает мне, - шучу, - я вздыхаю. – Но ты запомни про цвет-то, - добавляет Машка.
После встречи я решаю прогуляться по городу. Хочется ни о чем не думать. Просто идти по улицам, смотреть на случайных прохожих, которые не знают меня и я не знаю их.
Потом еду в университет и домой возвращаюсь уже поздно вечером. Во дворе темно, зажгли фонари. Открываю дверь подъезда, делаю шаг и тут же меня кто-то хватает сзади за талию и прижимает к себе. И мне кажется, я по рукам могу узнать, кто же это.
- Почему так долго? – шепчет Тигран в самое ухо.
- Отпусти! – развожу его руки с себя и поворачиваюсь. – Что ты тут делаешь?
- Греюсь, - Тигран присаживается на батарею у стены. Складывает на груди руки и с ухмылкой смотрит на меня.
- Зря, - отвечаю я. – Я слышала, что мужчинам нельзя греть… ну… вот это вот… - киваю ему на ширинку.
Тигран опускает взгляд вниз. Тоже смотрит туда.
- Переживаешь? – спрашивает, опять глядя мне в глаза.
- За батарею. Ведь не выдержит твоего веса.
Тигран встает и идет ко мне.
- Ань, ну правда, почему так долго-то? Где ты была? Я между прочим расходы из-за тебя понес непредвиденные.
- Это какие?
- Пришлось у перекупщика покупать билет для прохода в метро, а он оказался фальшивым.
- А что же в кассе-то не купил?
- Ты видела, сколько там народа? Я думал, меня затопчут. Еле вышел оттуда против течения. И штраф пришлось заплатить. И все из-за тебя.
Тянет ко мне руки, но я отступаю на шаг.
- Мне пора, - говорю, собираясь уйти. – Папа будет искать, - делаю акцент на слове «папа».
Сразу же замечаю недовольство на лице Тиграна.
- Десять минут, - говорит он. – Дай мне десять минут. Хорошо?
Берет меня за руку и тянет на выход.
- Тигран! Куда ты меня ведешь? – пытаюсь вырваться, но он крепко держит.
- Да не бойся ты, - говорит с ухмылкой. – И не шуми, а то один я с папой и Софьей Теодоровной точно не справляюсь. Я же сказал: десять минут.
- Уже девять, - уточняю.
Он грозно смотрит на меня, но молчит.
- Садись, - пихает на заднее сиденье своей машины. Сам садится рядом.
- Я не буду…
- Это тебе, - не дает договорить мне и протягивает очень красивый и нежный букет в бело-розовых тонах.
- Ой! – вырывается у меня и я не могу отвести взгляда от этой красоты.
- Нравится?
- Но… зачем? Тигран, зачем?
- Тебе нравится?
- Очень, - зачем врать?
- А мне ты нравишься, Ань, - берет мою руку. – Очень нравишься.
Подносит руку к своим губам и целует.
- Но пять дней, Тигран, - говорю я. – Пять!
Отпускает мою руку и садится прямо. Смотрит вперед.
- У меня так раньше не было, Ань, - говорит серьезно. – Никогда. Конечно, ты у меня не первая. Ты и сама знаешь. Но во такое… ну, впервые со мной. Я не знаю, как объяснить тебе. Мне еще никогда вот так не хватало человека. Думаешь, мне эти пять дней легко дались?
Поворачивается и смотрит прямо в глаза.
- Но мне надо было подумать. Надо. Зато теперь я уверен в том, что хочу.
- И что же?
Он вдруг резко оказывается рядом, убирает из моих рук букет и прижимает меня к себе.
- Тебя хочу, - шепчет в губы. – Всю хочу. И только себе.
Водит своими губами по моим губам.
- Анечка, - шепчет с хрипотцой. – Ты же только моя.
И потом впивается мне в губы, буквально вдавливая в подголовник кресла. И я не могу сопротивляться. Ну, не получается вот и все. Закрываю глаза и обнимаю его за шею.
Сколько длится этот поцелуй, не знаю. Тигран то отрывается и целует мне скулы, подбородок, уголок губ, то опять жадно впивается в меня и не дает вдохнуть свободно.
- Тигран, - успеваю простонать я в один из моментов, когда он отпускает мои губы, - мне пора.
Он вздыхает и опускает голову.
- Папа уже дома? – вдруг спрашивает.
Киваю.
- Тогда я с тобой.
- Нет, - мотаю головой испуганно. – Давай не так.
- А как?
- Я сама ему все скажу сначала.
- Когда?
- Мне нужно время.
- Когда, Ань? – спрашивает требовательно.
- Тигран, - чуть отодвигаюсь от него, - ты же думал целых пять дней.
Он хмурится.
- Мне тоже нужно время. Может, я еще не уверена? – сдерживаю улыбку, глядя, как его губы превращаются в тонкую полоску.
- В чем ты не уверена? – кладет руку мне на ногу и ведет ее вверх.
- В тебе, - признаюсь я. – Я видела, сколько у тебя женщин было.
- Было, Анечка, именно, что было, - нежно гладит меня по ноге, но выше не идет. – Это все до тебя было.
- А где гарантия, что сейчас не появятся опять? Насколько тебя хватит? Когда я тебе надоем?
- Блять, - вырывается у Тиграна и он убирает руку. – Что за вопросы, Ань? Гарантия… Давай еще чек для возврата попроси. Что ты как ребенок?
Я вижу, что он злится, но не собираюсь отступать. Смотрю на телефон.