- Анна, так нехорошо, - укоризненно произносит папа, садясь рядом. – Антон же от души.
- И я от души, - огрызаюсь, не отрывая взгляда от меню.
- Анна.
- Папа.
Слышу, как папа громко выдыхает.
- Ладно, потом поговорим. Можно подумать, прямо трагедия, - продолжает папа, тоже рассматривая меню.
- Можно подумать, это твой телефон спустили в канализацию, - отвечаю я.
- Анна! – уже строже произносит отец.
Я хлопаю меню и встаю.
- Меня что-то тошнит, - говорю сухо. – Пожалуй, ужинайте без меня. Пойду, загляну в унитаз. Пусть мой телефончик знает, как мне без него плохо.
И, не дожидаясь ответа, быстрым шагом иду на выход.
Спиной ощущаю строгий взгляд папы. Ускоряюсь, чтобы он не догнал меня. Вдруг за мной побежит?
Забегаю в комнату и закрываюсь.
Спиной прислоняюсь к двери и прислушиваюсь.
Вроде, тихо.
Пусть потом. Пусть папа потом придет. Пожалуйста.
Это, наверное, в первый раз, когда я вот так разговаривала с ним. Обидно до жути. И стыдно перед папой. Но блин…
Вдруг стук в дверь. Я замираю.
Не открою.
Не хочу сейчас с папой разговаривать. Не хочу.
Пусть думает, что я сплю.
И опять стук. Я прямо спиной чувствую вибрации двери.
Но даже не дышу, чтобы не выдать себя.
- Анечка, - мне ведь это кажется? Поворачиваю голову, чтобы прислониться к двери ухом. И опять: - Анечка.
Губы сами расплываются в улыбке. Зажмуриваюсь и жду еще.
Еще хочу услышать.
- Анечка, - он как будто чувствует это мое желание.
Не открывая глаз, поворачиваю замок. Не успеваю открыть дверь. Он сам резко ее дергает и я чуть не падаю.
- Анечка, - Тигран подхватывает меня и прижимает к себе. – Ну, куда же ты уехала? Опять сбежала? – шепчет мне в волосы.
Захлопывает дверь и несет меня на кровать. Но не кладет, а садится сам и сажает меня к себе на колени. Головой утыкается в грудь. Молчит. И я молчу.
Провожу рукой по волосам Тиграна. Он поднимает голову и смотрит на меня.
- Ань, почему опять уехала? – спрашивает, гладя меня по спине. – Думала, не найду?
- Я не сама, Тигрик. Правда, - обнимаю его за шею.
- Тигрик, - повторяет за мной с улыбкой.
- Я…
- Да знаю я все, - приподнимает меня и опрокидывает на кровать. Нависает сверху. – Ань, я за тобой приехал.
- Но я… папа… я же в командировке…
- Это хорошо, что папа здесь. Неуловимый Джо. Не думал, что буду за папами гоняться по всей стране, - усмехается Тигран.
Наклоняется и скользит мягкими губами по моей скуле.
- Анечка моя, - губы касаются моих губ и я громко вздыхаю. Сама прижимаю его к себе.
- Как ты нашел меня, Тигран? – шепчу ему в губы.
- Нашел, - улыбается он. – Никуда не сбежишь от меня. Анечка. Девочка моя.
Закрывает глаза и впивается в мой рот. Я тоже зажмуриваюсь от накатывающих ощущений. Внутри все сводит, а внизу живота тянет.
Только с ним такие ощущения.
Тигран сразу же толкается языком и обводит кончиком мой язык.
Сильная рука сжимает грудь. Так сильно, что у меня вырывается стон, который тонет в поцелуе.
Не отрываясь от меня, Тигран передвигается и оказывается у меня между ног. Елозит, раздвигая их. И мне между ног упирается его возбужденный член. Даже сквозь слои одежды я чувствую, какой он твердый и горячий. Сама тянусь рукой к его ширинке и кладу на нее руку. Провожу пальцами по возбужденному стволу.
- Черт, Ань, ведь трахну тебя сейчас, - Тигран отрывается от моих губ и тяжело дышит. – Трахну и не раз.
- А ты не за этим прилетел? – смотрю невинно, прикусив губу, но продолжаю водить по его члену.
- Ну и маленькая дрянь же ты, Анечка, - улыбается Тигран.
Берет меня за запястье и прижимает руку к кровати. Смотрит долго и внимательно прямо в глаза. И лицо такое серьезное, что мне становится страшно.
- Не за этим я прилетел, Анечка, - говорит с хрипотцой. – Вернее так: и за этим тоже.
- Тигранчик, - забираю свою руку из-под его захвата и глажу по скуле. – Ты правда за мной прилетел? Не по делам?
- Да какие у меня могут быть дела в этой жопе? – удивляется Тигран. – Ань, я…
И тут раздается стук в дверь. Такой требовательный стук. Можно не спрашивать – я знаю, кто там.
- Ну, поскольку Теодоровна с вами вряд ли полетела со своей собакой Баскервиллей, то это – папа. Так? – усмехается Тигран, быстро целуя меня и вставая.
Поправляет одежду и тянет вниз на мне подол платья. Я тоже вскакиваю с кровати. Провожу рукой по волосам и вытираю губы.
- Готова? – спрашивает с улыбкой. Киваю. И Тигран открывает дверь.
В комнату вваливается… Антон. Какого…?
Антон смотрит на Тиграна, потом на меня.
- Анечка, кто это? – спрашивает он и совершает ошибку. Потому что в следующую же секунду Тигран делает захват, берет Антона за шею и нагибает.
- Ай! – кричит тот. – Что вы делаете? Ай! Пустите! Вы кто вообще?! Ане…
Договорить ему не дает Тигран, который сильнее выгибает руку.
- Я не знаю, кто ты, но для тебя она Анна. Понял?! Ну?!
- Да, понял я, понял. Пусти!
Тигран отпускает Антона. Я стою, закрыв рот руками. Страшно. Я вижу в глазах Тиграна злость.
- Анечка, - обращается он ко мне ласково, - позвони папе.
Вижу, как вздрагивает Антон. Испуганно смотрит на меня.
- Не могу, - отвожу от него взгляд.
- Что такое? – спрашивает Тигран.
- У меня телефона нет, - вздыхаю, вспоминая, что лишилась его из-за одного придурка.
- А где же он? – щурится Тигран и смотрит на Антона.
- Потеряла, - придумываю на ходу. Я не хочу драки, а по настрою Тиграна вижу, что она вот-вот случится.
- Ладно, - кивает Тигран, - за вранье потом ответишь. Придется провести с тобой разъяснительную беседу.
Поворачивается к Антону и выдает:
- Может, ты знаешь, где телефон? – и делает шаг к нему.
Антон пятится назад. Мотает головой.
- С тобой беседу вести не буду, - ухмыляется Тигран. – Просто набью морду.
Замахивается.
- Ладно-ладно! – кричит Антон. – Я уронил его! Случайно! Я уже новый купил!
Тычет коробкой.
- Засунь его себе знаешь, куда? – подступает к нему Тигран.
- Тигран! – кричу я и бросаюсь ему на шею. – Не надо! Пожалуйста, Тигранчик!
Он обнимает меня за талию, но продолжает зло смотреть на Антона.
- Ну и сука же ты, - цедит сквозь зубы и отстраняет меня.
- Тигран, - прошу я, цепляясь за его рукав.
Но его не остановить. Он идет на Антона. Я закрываю руками лицо. Я в ужасе и в страхе.
Пожалуйста, не надо.
- А что здесь происходит? – слышу голос папы.
Быстро открываю глаза.
Папа стоит в дверях, засунув руки в карманы, и внимательно смотрит то на Антона, то на Тиграна, то на меня. Страшно.
- Никак Тигруля Булкин лично пожаловал? – спрашивает вдруг папа, приподнимая бровь.
Вижу, как сходятся брови Тиграна и он бросает на меня испепеляющий взгляд. Закусываю губу и улыбаюсь.
- Пап… - решаю прервать молчание.
- С тобой потом, - выставляет вперед руку и обращается к Тиграну: - ну что? Поговорим? Как мужики. Без юлений и красивых слов.
- Никита Евгеньевич, я… - встревает Антон. Вот придурок! Тигран только успокоился.
- Поздно, Антон, - усмехается папа. – Опоздал ты, видно. Иди к себе.
Опять поворачивается к Тиграну:
- Поговорим у меня.
- Пап, - зову я.
- Ань, - Тигран берет меня за руку. – Сиди здесь, хорошо? Закрой дверь и никому, - бросает хмурый взгляд на Антона, который тут же по стеночке покидает комнату, - не открывай. Поняла?
Киваю с улыбкой.
Папа усмехается:
- Неужели появился человек, которого Анюта слушается?
- Это вряд ли, - отвечает Тигран. – Я бы предпочел запереть ее на замок. Для надежности.
- Хм, - папа задумывается. – Хорошая идея. Мне нравится.
- Эй! – восклицаю я и складываю на груди руки.
28. Тигран