Потом патрульный и мужчина отходят к машине и мы стоим и ждем.
- Маш, а кто это? – киваю на мужика. – Он тебя знает. А ты его?
- Ну я же не Пугачева, чтобы он меня знал, а я его нет, - произносит недовольно, пытаясь оттянуть вниз лифчик, но получается еще хуже – грудь вылезает.
Мужчина как раз возвращается. Его взгляд сразу же падает на Машкину грудь.
- Синичкина, ты что, решила тут стриптиз устроить? Мало приключений? – спрашивает с усмешкой. – Может, зря я тут спасаю вас? – быстро переводит взгляд вверх и смотрит Маше в глаза, но тут же вижу, как его взгляд опять скользит вниз.
- Холодно, - Машка обнимает себя.
Мужчина молча снимает с себя пиджак и накидывает ей на плечи. Смотрит на меня. Я так-то тоже не в шубе. Теперь даже парика вот нет и холодно везде.
Тогда мужчина снимает с Маши пиджак под ее удивленный взгляд и накрывает меня им. Теперь и я удивляюсь.
- К машине, - кивает мне, а сам своей лапищей обнимает за плечи Машку и ведет за собой.
Я молчу.
Смотрю на это все и молчу.
Но прямо чувствую, что Машка мне что-то не рассказала. Ну, погоди.
- Куда везти-то? – спрашивает мужчина, когда мы с подругой оказываемся на заднем сидении его автомобиля.
- Домой, - говорю я и называю адрес.
- Мне нельзя домой, - бурчит Машка. – Дед офигеет от моего вида. Я не хочу совсем сиротой остаться.
- Ясно, - коротко заявляет мужчина и заводит мотор.
Я искренне благодарю его, когда он подвозит меня к дому.
К счастью, света в окнах еще нет. Значит родители еще не вернулись.
Быстро бегу домой и сразу в душ. В зеркало даже не смотрю. Лучше этого не видеть.
- Ань, ты, что ли? – слышу голос сестры.
- Да, Мил, я, я. Спи, - кричу ей.
- Поспишь тут с вами. То в душ по ночам шастаешь, то курьеры приходят.
Курьеры? О чем это она? Может, спросонья?
После душа иду к себе. Открываю дверь, а там… там огромный букет из розовых роз. Я даже вскрикиваю от неожиданности.
- А теперь-то что? – слышу недовольный голос сестры.
- Мил, - бегу к ней, - откуда цветы-то?
- Я знаю? Курьер приходил. Говорю же. Слушай, Ань, у меня завтра лабораторная. Дай поспать, а? Вставать через четыре часа.
- Ладно, ладно, спи! – подбегаю и чмокаю ее в щеку.
И опять к себе. Зарываюсь лицом в цветы. Ммммм, какой аромат.
Тигранчик.
У меня нет ни единого сомнения, от кого цветы. Хотя карточки я не нахожу.
Так и стою и любуюсь ими.
И тут звонок.
Тигран! Уиииии!
Но отвечаю не сразу – пусть знает, что я еще обижена.
Упорно считаю до двадцати и только тогда беру трубку.
- Ань, что так долго? – тут же вопрос.
- Спала, - говорю равнодушно.
- Точно? Ни во что не вляпалась? – усмехается он.
Блин. Он что? чувствует? Но решаю не сдаваться так легко.
- Сплю я!
- Молодец. Спи пока. Я скоро приеду. Ань, так соскучился.
- А почему так долго не звонил? – вспоминаю, что все еще обижена на него! Да! Обижена!
- Не мог. Правда. Потом как-нибудь расскажу.
- Секреты? Тигран! Ты обещал позвонить сразу же!
- Правда не мог, Ань. Сам измучался. Я скоро приеду. Ждешь меня?
Молчу. Я обижена!
- Ну, скажи, что скучаешь. Анечка, - шепчет Тигран. – Мне так легче будет ждать встречи.
- А мне вот легко было, когда ты обещал и не позвонил? Даже не вспомнил обо мне.
- Ладно, - вздыхает он. – Устал я сегодня, Ань. Не до споров мне. тем более, таких бессмысленных. Приеду и поговорим.
- А когда ты приедешь? – эх, все-таки, выдала себя. Но так тяжело держаться!
Слышу усмешку в трубку.
- Скоро, Анечка, скоро, - отвечает Тигран уже более веселым голосом. – Пусть будет сюрпризом.
Так, надо, пожалуй, опять вспомнить, что я обижена!
Мы прощаемся с Тиграном и я ложусь спать, приставив к изголовью кровати корзину с цветами.
С утра набираю Машку. Не отвечает. Пишу ей, чтобы позвонила, как сможет. Волнуюсь, все-таки.
Выхожу из подъезда и тут меня окликает знакомый женский голос. Вроде, и знакомый, но точно не пойму, чей.
Оборачиваюсь. Ой. Мама Тиграна.
- Аня, ты далеко? – спрашивает она, улыбаясь.
- В университет.
- Давай подвезу?
Это странно. Но отказываться неудобно.
- Хорошо, - отвечаю и иду к ее машине.
Как же ее зовут? Блин. О! Алина Витальевна. Память функционирует еще.
- Алина Витальевна, а что вы здесь делаете? – спрашиваю, когда мы выезжаем со двора. – Это же не случайность?
- Не случайность, - улыбается она. – Я к тебе приехала.
Вот это поворот.
- Зачем? – вырывается у меня. Может, и не вежливо, но прямо.
- Поговорить хотела, - говорит она, не отрываясь от дороги.
- Вас Тигран прислал? – хмурюсь я. Ну, бред же. Но как еще это объяснить?
- Если Тигран узнает, что я здесь, будет недоволен, - улыбается Алина Витальевна.
- Не понимаю…
- Аня, - произносит уже серьезно, - я вижу, как Тигран относится к тебе. К вашим отношениям. Он, хоть и ничего не рассказывает, но я мать. Я вижу. Не скрою, я рада. Вчера я разговаривала с ним и он обмолвился, что ты обиделась на него. Это правда?
Быстро смотрит на меня, потом опять на дорогу.
- Да не то, чтобы обиделась, - пожимаю плечами. – У Тиграна, я уж прошу прощения за откровенность, странная привычка. Обещать и не делать. Он обещал позвонить…
- Он не мог, Аня, - тут же говорит она. – Извини, что перебила, но лучше я сразу скажу, чтобы ты словами не взращивала в себе ненужную обиду. Тиграна по прилету арестовали.
- Как?! – я инстинктивно хватаюсь за сердце.
- Там дело такое. Он поехал защищать друга, Давида. Потом познакомитесь с ним. И люди там непростые. В общем, бывают такие ситуации, когда не все можно предусмотреть.
- Но сейчас, сейчас он на свободе? – чувствую, как начинаю волноваться.
- Да, - улыбается Алина Витальевна. – Все в порядке. Пришлось подключить консульство. Но все в порядке уже. Не волнуйся. Хотя мне приятно, что ты так переживаешь за моего сына. Лишний раз убеждаюсь, что он сделал правильный выбор. Осталось сделать последний шаг.
- Какой? – не очень понимаю ее последнюю фразу. Опять загадки.
- Ну, вот мы и приехали, - она останавливается и переводит взгляд на меня. – Аня, у меня послезавтра день рождения. Приходи.
- А Тигран? Он вернется до этого? Это значит, что он скоро прилетит?
Она улыбается. И пожимает плечами.
Вздыхаю.
- Спасибо, что довезли, - говорю, открывая дверь.
- Аня, я буду ждать. Приглашение курьер привезет. Всего доброго!
- До свидания!
Весь день я не могу сосредоточиться. Что была сегодня на лекциях, что нет – в голову ничего не влетает. Все мысли о Тигране.
От Машки уже ближе к обеду приходит короткое сообщение: «Все ок».
Хм, на нее вообще не похоже. Поэтому перезваниваю, чтобы убедиться, что и правда все ок. Она берет трубку, но тут же выпаливает, что не может пока разговаривать и позвонит сама. Ну, ок.
Еду домой. И опять все мысли о Тигране.
Подхожу к квартире. Звоню – никто не открывает. Странно, а где родители-то?
Роюсь в сумке в поисках ключа. Из соседней квартиры как раз выходит Софья Теодоровна с Джульеттой.
- Здравствуйте, - приветствую ее я.
- Ох, Анечка, - улыбается в ответ. – Красавица, все, таки, какая. Как учеба? Замуж не собралась еще?
Я лишь улыбаюсь. Она спрашивает меня об этом каждый раз.
Тут Джульетта вдруг срывается с поводка и бежит к двери нашей квартиры. И начинает отчаянно лаять на нее. Я удивленно смотрю на собаку.
- Фу! Джульетта! Фу! – кричит Софья Теодоровна. – Ну, что ты там учуяла? Какую еще гадость?
Но Джульеттта не успокаивается. Так и заливается звонким лаем. И именно на нашу дверь.
Странно.
Кое-как соседка оттаскивает собачку за поводок и идет к лифту.
Я открываю дверь.