Пресс-секретарь понял. Он знал, что, если переборщит, то снимут, работы будет не найти. Но пока он жил, как все кремлёвские чиновники. "Мне пятьдесят три. Будет пятьдесят восемь, если президент удержится до конца срока. А что потом?" Американцы, он не сомневался, уже готовят свой сценарий для России, хочется, как было в девяностые годы. "Не хватит пальцев рук и ног, чтобы агентов ЦРУ сосчитать в правительстве, крупных газовых, нефтяных компаниях, которым хочется и денег больше, и, главное, положить Россию. Они всю жизнь живут с камнем за пазухой, против собственной Родины. А, не дай бог, осуществится их мечта, не будет России. О чём тогда элита кричать будет? Кто им позволит говорить своё мнение? Присягнут на верность Западу, а дальше? Сейчас они распоясались, потом поймут, что они ничто! Хотел бы я на них посмотреть", - в раздумьях он не заметил, как прошёл свой кабинет, вернулся и увидел, как из него выходит руководитель одной из либеральных партий, которая в течение последних десяти лет не сумела преодолеть барьер и стать парламентской партией.
- Ко мне?
- Нет-нет, я просто ошибся дверью, но поболтал с вашим секретарём, милый молодой человек. - Он протянул руку для приветствия, пресс-секретарь пожал её и, сославшись на занятость, вошёл в свою приёмную.
- Зачем Григорий Алексеевич заходил? - спросил у своего референта.
Тот, видимо, не ожидал прихода патрона, замешкался.
- Не старайся придумать какую-нибудь ложь, я давно понял, не первый раз сталкиваюсь с ним. Он к тебе ходит. Ему нужно Запад информацией снабжать, иначе не будут платить. Сыновья в Лондоне, да и сам там месяцами живёт, но лекциями в Оксфорде не проживёшь, хотя русофобия - хороший товар, разлетается, как горячие пирожки. Часы у тебя тысяч пять евро стоят, тебе не по карману. А у Григория Алексеевича, ты, видимо, не знал - традиция, метить своих информаторов, он им всем одинаковые часики дарит, в пределах этой суммы. Большего вы не заслуживаете.
Референт покраснел, потом побледнел, пытался сказать, что всё это не правда. Пресс-секретарь позвонил главе администрации президента, референт начал плакать, говорить: "Виновен, больше не повторится, я не хотел, он меня уговорил".
- Уверен, что он помогает ЦРУ с информацией, через яблочника. Допросите, какую информацию давал. А потом поступайте по закону. Если мало навредил - отпустите, а если что-то серьёзное, то... Я давно заметил его нечистоплотность, но терпел, думал, поймёт. Этот начнёт кричать из Англии об узниках совести в России и твою фамилию назовёт, не забудет, он похлопал референта по плечу. - Надо уметь деньги зарабатывать не проституцией, умом.
- А тебе не жалко паренька? Он сын заместителя ректора ВШЭ? - спросил глава администрации.
- Пусть папа его и жалеет.
- А ты безгрешный?
- Не понял!
- Да, всё ты понял. Забыл, как два года назад добивался, чтобы твою бывшую вторую жену поставили на должность директора центра российской культуры в Париже?
- И что?
- Она полная русофобка, не исключаю, что агент влияния ЦРУ. Мне докладывают: сдаёт Россию направо и налево и получает от России за это неплохую зарплату - тысяч десять евро в месяц, как руководитель центра российской культуры. В этом году она не разрешила поселить в гостиницу известного и у нас, и за рубежом писателя Захара Прилепина, который приехал по приглашению мэра Парижа! Гостиница наша, российская, как и центр культуры, которым руководит твоя бывшая, тоже наш. Её сдать не хочешь?
- Пошёл ты, думай про свои грехи! Захотелось поговорить? Доложи президенту, а там посмотрим...
<p>
***</p>