10 апреля 2011 года.
«Миша замкнулся в себе и не общается со мной, неужели он страдает по отцу, который его бросил, интересно если бы я умерла, он бы также плакал»?
1 июля 2011 года.
«Миша не хочет гулять со мной на детской площадке, он сказал, что ребята смеются над ним и не хотят играть. Мой сын меня не любит. Стал очень замкнутым и очень много молчит».
3 августа 2011 года.
«Миша сказал, что Анжела очень классная, я ударила его за такие слова, не знаю, что на меня нашло, но я объяснила, что Анжела всегда пакостит и завидует мне».
28 августа 2011 года.
«Миша перестал меня слушаться и подчиняться, я нахожусь в смятении. Мне кажется, он отбился от рук, и я его потеряю».
27 сентября 2011
«Миши не стало…».
Анжела перелистывала дневник сестры и не могла поверить своим глазам. Неужели Мария, которую она так любила, могла писать такие ужасные вещи? Смеяться над её разводом, издеваться над погибшим мужем, сводить с ума сына — это было невыносимо. «Сегодня я потеряла сына, мне очень больно от этого. Мои последние слова для него были: "Я никому его не отдам". Никто не сможет его забрать у меня. Если будет нужно, я убью его, чтобы он никому не достался». Анжела перечитывала запись снова и снова. Она понимала, что сестра была психически нездорова. Но что её больше всего тревожило, так это посыл в этой записи. Казалось, Мария сама избавилась от Миши, предчувствуя опасность. Но какую? Или она испытывала послеродовую депрессию? Но почему явных признаков не было? Она всегда была приветлива со мной, гладила Мишу по голове и нахваливала, как безумно его любит, но дневник в моих руках говорит обратное. Я ни разу не слышала жалоб от Сергея и от Миши. Да, отношения Сергея и Марии не были идеальными, порой даже они не особо взаимодействовали друг с другом, но я думала, это - просто усталость.
Руки Анжелы дрожали. Она не могла понять, насколько сумасшедшей была её сестра. Взяв дневник, она поехала в больницу, где лежала Мария. Дорога казалась вечностью, она обыгрывала сценарий у себя в голове, что на это скажет ее сестра? Как она будет себя вести? Она почувствует вину? Поймет, что ее разоблачили? Или, наоборот, станет еще агрессивнее? Войдя в больницу, Анжела потребовала встречи с сестрой. Медработники объяснили, что Мария сейчас на приёме у психиатра и придётся подождать. Анжела села в холле, нервно дёргая ногой и теребя дневник. Она пыталась успокоиться, но адреналин не давал ей покоя. Понимая, что на неё уже смотрят даже больные пациенты, она облокотилась на кресло и закрыла глаза, пытаясь представить что-то приятное. Но ничего не приходило на ум. Время тянулось невыносимо медленно. Анжела ненавидела ждать, но всегда оставалась сдержанной. Постукивая пальцами по обложки дневника, она немного успокоилась.
Анжела открыла глаза спустя двадцать минут. Перед ней стояла Мария — худая, почти неузнаваемая женщина. Ее глаза были полны удивления, лицо немного покраснело. Она смотрела на книгу, затем перевела взгляд на Анжелу. Анжела уже не церемонилась. Ярость в душе была сильнее всего. Она бросила дневник на журнальный столик с таким стуком, что раздалось эхо, показывая, что прочитала его. Мария взяла дневник и пролистала несколько страниц, делая вид, что видит его впервые. На ее лице читалось полное непонимание происходящего. Возможно, она придумывала, что сказать.
— Ты его убила? — спросила Анжела, приподнявшись в кресле и внимательно глядя на Марию, ожидая ее реакции.
— Что ты такое говоришь? — Мария почувствовала, как у нее задрожали руки. Она была готова взорваться. И взорвалась.
— Что ты несешь? Я его не убивала! Зачем ты пришла? Чтобы обвинять меня? Зачем ты здесь? — Мария швырнула дневник в лицо Анжеле и закричала. — Зачем ты пришла сюда?
— Закрой свой рот! Пока я тебя здесь не прикончила при свидетелях! Слышишь меня? — Анжела вскочила с кресла, схватила Марию за лицо и сжимала ее щеки тонкими пальцами все сильнее и сильней.
Марии показалось, будто на нее вылили ведро ледяной воды. Ее глаза расширились от удивления. Она осторожно опустилась в кресло, молча наблюдая за Анжелой. Она никогда не видела ее такой. Казалось, Мария испытала настоящий страх. Опустив голову вниз, сжимая губы от страха.