Животное, припав к воде, не отрывалось минут пять, втянув себя не менее десятка ведер, а может, мне так показалось. Затем я подвел верблюда в остаткам кустарника. С какой жадностью началось уничтожение растительности, словами не передать.
— Милый, а зачем нам верблюд? — с недоумением спросила Ирэн. — Его нужно поить, кормить и ухаживать. Ты все это умеешь?
— Кое-какие навыки имеются, с этим разберемся. А еще это замечательное транспортное средство. На нем можно перевозить много полезного груза. Вот, например, ты устанешь, посажу тебя на верблюда, и сможем быстрее и дальше уйти. Займусь сейчас изготовлением примитивного вьючного седла и подобия уздечки. Тебя попрошу, если не боишься мертвецов и их запаха, поискать спальники или что-то толстое, для попоны.
— Первый раз меня грузом обозвали. Ладно, пойду искать, хотя уже вовсю несет трупным запахом, надеюсь отыщу чистое.
— Иди уже мой самый драгоценный груз, — легонько хлопнул по попе Ирэн. — У нас появился пустынный джип с приличным багажником, будем готовиться его заполнять.
Сказать, изготовлю седло, и реально изготовить, две большие разницы. Инструмента, для пилить, резать и тесать нет. С помощью найденного топора, удалась изготовить некую пародию. Зато на трех спальниках, моя конструкция, держалась очень даже крепко.
С учетом появившегося у нас транспорта, мы естественно увеличили свои аппетиты. Ирэн Принесла целую кучу, нужных в хозяйстве тряпок. Пять пластиковых канистры наполнили водой. Я принес три «шмеля» — реактивный пехотный огнемет — аэрозоль, который его еще в Афганистане окрестили «шайтан-трубой». Хорошая вещица, бьет где-то на двести метров, и на площади в пятьдесят-восемьдесят квадратных метров, уничтожает все живое. Такая себе носимая, крупнокалиберная артиллерия. Еще упаковал один РПК, семь АКМС с солидным запасом патронов, два ящика гранат Ф-1, большой кусок брезента. Количество неповрежденных пайков довели до сотни. От радиостанции с запасными аккумуляторами я не смог отказаться. На этом решил остановиться, драмадер не безразмерный, у него есть предел грузоподъемности. Очень не хочется чтобы он пал в пути.
Под вечер, мы с любимой подкрепились, напоили и нагрузили верблюда. В сумерках покинули, приютивший нас оазис. С транспортным средством, я намеревался пройти за ночь не менее сорока километров, на таком расстоянии находился следующий оазис, но еще больше я хотел отдалиться от американской базы. Вдруг направят сюда поисковую партию для выяснения.
Намеченный план удался, мы без проблем добрались до оазиса еще затемно, оборудовали место стоянки, разгрузили и обиходили животное. В общем отдохнули нормально.
На следующую ночь, на половине пути нарвались на семью бедуинов, раскинувших свой небольшой лагерь в пустыне.
Благодаря моему внешнему виду и знанию арабского языка, мы оценили особенности и качество бедуинского гостеприимства. Ирэн, как мы ранее договорились с ней, изображает немую, она ведь арабским не владеет. Понимает его, с пятого на десятое.
Самым главным в лагере был мужчина — Ашур, примерно пятидесяти лет. Десяток женщин, разного возраста, приходились ему женами и невестками. Полтора десятка детишек покотом, спали в войлочной палатке. Мы разделили с Ашуром вечернюю трапезу. Ирэн естественно, по арабским обычаям была препровождены в женскую палатку, где ее тоже накормили и напоили, несмотря на позднее время. Хозяин лагеря посетовал на войну, унесшей всех его четверых сыновей, теперь не знает, куда девать невесток. Предложил мне выбрать себе в жены двоих бездетных. Я, стараясь не обидеть Ашура, отказался, сославшись на отсутствие надежного жилища. Бедуин мгновенно предложил мне, продать ему, мою спутницу, зачем связывать себе руки женщиной. Ему же, Ашуру, лишний рот не в тягость. Видишь ли понравилась ему моя Ирэн. Только слово «добыча», охладило пыл бедуина. Чтобы не расстраивать Ашура, вручил ему один АКМС, приличным запасом патронов. Какой мужчина откажется от оружия!? Ашур не был исключением, о женщине речь больше не заходила. От него же я узнал, что поблизости по автомобильным дорогам рыскают, немногочисленные, но очень жестокие банды. Грабят всех под ряд. В пески они не заходят, боятся. Через час, попив с Ашуром кофе, мы двинулись с Ирэн по своему маршруту.