Глава 31
Потом началась подготовка непосредственно к свадьбе. У евреев нет такого сезона, когда не играют свадьбы. Однако большинство старается пропустить временной промежуток между Песахом и Шавуотом, поэтому в это время еврейская свадьба не отмечается. Не принято в этот период устраивать увеселительные мероприятия. На эту тему меня просветил Эммануил Исаакович, как хранитель семейных традиций. Он же занялся организацией очень важной церемонии с моим участием — Уфруфа.
Эммануил Исаакович лично сопроводил меня в Синагогу, где я в присутствии всех родственников объявил о предстоящей свадьбе, совершил уфруфу. Мужчины-родственники приветствовали мое намерение, осыпали с ног до головы конфетами. Завершилась церемония, согласно традиции, обедом в ресторане для всех родственников.
Не я один готовился к свадьбе, моя любимая тоже вся была в заботах. Ей предстояло посетить Микву — специальный бассейн, где проводится ритуал полного очищения для начала новой семейной жизни.
Ирэн понимала, что важно во время ритуала пройти очищение душой и телом. Она старательно смывала лак с ногтей, избавлялась от следов макияжа. В день посещения Миквы, любимая избавится от всех украшений, и без одежды опустится в воду священного бассейна, читая специальную молитву, которой ее научила бабушка Рива.
В Микве Ирэн будет не одна, с ней будут присутствовать женщины семьи, помогать в проведении ритуала. Родственницы будут просвещать Ирэн о семейных ценностях и о роли женщины в супружеской жизни.
Честно сказать, я немного устал от этих всех ритуалом и приготовлений, хорошо, что обряд обручения, мы посчитали выполненным еще в Австрии.
На среду была назначена свадьба, опять же, дань традиции.
Главный свадебный обряд — Хупу, проводили в главной синагоге. Что такое Хупа? Это своеобразный полог на четырех столбах, под которым совершается бракосочетание, символизирующий подобие дома.
Обычно обряд проводит раввин, но дозволяется его проведение кем-то из почтенных родственников, но под присмотром раввина. У нас это почетную обязанность взял на себя Эммануил Исаакович.
Я в строгом черном костюме, при галстуке, с белой ермолкой на голове, первым прохожу под хупу, показывая всем, кто в доме хозяин. В сопровождении матери и отца ко мне, под полог, подводят Ирэн, одетую в очень красивое, но полностью закрытое платье. Это, как бы символизирует, что я предоставляю Ирэн кров, одежду и принимаю на себя обязательства по ее содержанию. Любимая, семь раз обходит вокруг меня, как бы присматриваясь к человеку, с которым свела ее судьба.
Эммануил Исаакович начал проведения церемонии вручения кольца с чтения благословения над вином. А затем начал чтение обручального благословения. Благословения имеют магическое число семь. Их читали мужчины, теперь уже моей семьи и раввин. Я одел на безымянный палец правой руки Ирэн простенькое серебряное колечко. Выйдя из-под хупы, Ирэн тоже одела мне кольцо. Мне, прадед вручил бокал с ритуальным вином, я немного отпив, передал его жене.
В завершение свадебного обряда, мы разбили бокал, предварительно обернув его тканью, во избежание, так сказать. Правой ногой я раздавил бокал с первого раза, под ликующие возгласы гостей «мазл тов», желающих нам счастливой свадьбы.
Далее, Эммануил Исаакович предложил мне подписать брачный договор — ктубу, в котором прописаны мои обязанности — мужа, и сумма, выплачиваемая жене, в случае развода. Я своей подписью, подтверждал также свое согласие дать жене документ о разводе — гет, позволяющий ей вновь вступить в законный брак.
Надо отметить, что традиционного в России, марша Мендельсона я не услышал. Звучала легкая еврейская музыка, которая несет в себе традиции и характер народа земли Обетованной.
Наконец-то закончили со всеми формальностями, обрядами и традициями, теперь можно в ресторан, отмечать.
Благо мои тесть с тещей люди современные, и не заморачивались всякими там кошерными или вегетарианскими блюдами, не разводили мужчин и женщин по отдельным помещениям. Отмечали весело, и я заметил, что еврейская свадьба очень схожа со свадьбами других народов мира. Хочу подчеркнуть, что руководил свадьбой, организовывал ее течение, специально нанятый человек — Бадхен, у нас бы его назвали тамадой. Все проходило замечательно, весело с выдумкой, и без всяких пошлых конкурсов.