— Милая, ты божественно красивая, — с некотором изумлением сказал я, скорей всего себе, нежели жене.
— Ты тоже, — еле слышно ответила Ирэн.
Я нежно взял в ладони ее грудь, и увидел, как вытягиваются и набухают темно розовые соски. Я приник поцелуями к этим бутонам сладострастия.
Ирэн всем телом приблизилась к мне, положив голову на мою грудь. Похоже она хотела услышать, как бьется мое сердце. Оно не просто билось, оно грохотало.
— Милая, давай я тоже избавлюсь от одежды, чтобы мы были в равных условиях, — запыхавшимся голосом спринтера, пробежавшего стометровку, попросил я.
Ирэн попыталась мне помочь в этом, но не могла справиться с пряжкой ремня брюк, опыта то нет. Ну я, если помните, офицер, не только одеваюсь за сорок пять секунд, но так же быстро могу раздеться. Сейчас, разделся секунд за пять, предметы одежды полетели в разные стороны. Между нами не существовало больше никаких преград. Я понял жену на руки, покружил по комнате, не прекращая ласки, и уложил на кровать, продолжая осыпать ее тело поцелуями.
— Любимая, тебе может немного больно. Но это не на долго, потерпи, — как можно ласковей шептал я Ирэн.
— Я знаю, — ответила мне поцелуем жена.
Одно быстрое и мощное движение моих бедер, и мы с Ирэн слились в едином движении, в едином порыве, на вершине наивысшего блаженства.
Ирэн вскрикнула, и вонзила мне в спину коготки своих пальцев. Для нас окружающий мир перестал существовать на долгое время, были только мы двое. Весь темперамент, всю энергию мы дарили другу, снова и снова. Опомнились, когда сил больше не осталось, и время перевалило уже далеко за полдень.
— Любимый, надо вставать, скоро мама пожалует, — с довольным лицом, промурлыкала жена, — а мы еще не одеты. — И кушать, если честно хочется.
— Слушаюсь мой ангел, и даже повинуюсь, — поцеловав жену, выбрался из постели.
— Накинь на себя халат, а то я девушка скромная, смущаюсь оголенного мужчины, — хихикнула жена. — Залюбуюсь тобой, и снова утащу в любовный омут, подобно русалке.
— Пойдем лучше вместе поплещемся в джакузи, я тебе спинку помою.
— Ох, ты мой искуситель! Пошли.
К приезду тещи с тестем, мы были вымыты, причесаны и одеты. Я заблаговременно привез в наш дом несколько новых комплектов одежды для Ирэн и для себя. Жена, поначалу пыталась возмущаться подбором одежды, а облачившись, сказала, что я подобрал почти то, что ей нравится.
Аркадий Семенович делился с нами впечатлениями от свадебного торжества, рассказывал, как на это отреагировали родственники и друзья. Тем временем, Людмила Ильинична, под предлогом детального осмотра виллы, похоже, метнулась в нашу спальню, искать подтверждения непорочность дочери на брачном ложе. Вот еще одно сходство в традициях с многими народами мира. С лучезарной улыбкой, теща вошла в гостиную, обменялась с тестем многозначительным взглядом.
— Дети, я очень рада за вас, — словно светясь от счастья, сказала теща. — А тебе Михаил, отдельное огромное спасибо, что не склонил к близости нашу дочку до свадьбы. Мы с отцом посоветовались, и решили снять вам небольшую квартиру в центре. На первое время хватит, а потом, когда Миша устроится работать, подберете себе сами. Когда у вас заканчивается время аренды этой виллы?
— Никогда мамочка, — выпалила Ирэн. — Сколько захотим здесь жить, сколько и будем. Нам вилла нравится.
— Доченька, пойми, аренда такого жилья, не дешевое удовольствие.
— Прошу меня простить, что прерываю вашу, Людмила Ильинична, пикировку с моей женой, — произнес я, подняв руку, — но Ирэн права, незачем нам покидать, принадлежащую нам жилплощадь. — Разрастется наша семья, станет нам здесь тесно, тогда найдем что-то побольше. Я же вам говорил, что намерен внести свою любимую жену, в наш с ней дом. Сделал я это с превеликой радостью.
Теща с минуту, не мигая взирала на меня, стараясь переосмыслить сказанное.
— Я не ослышалась, вилла принадлежит тебе Михаил?
— И моей жене, бывшей вам до вчерашнего дня единственной, незамужней дочерью. Муж должен заботиться, беречь и лелеять свою жену, я перед совершением гиюра, почитал некоторое количество страниц из 613 заповедей Торы.
— Умыл, как есть умыл, — хохотал Аркадий Семенович. — Не зря дед на тебя Миша глаз положил. Никому из нашей семьи, дед не читал брачное благословение, а тебя удостоил такой чести. Еще он сказал, что ты Миша, не простой и очень сильный человек, как физически, так и духовно, такого сломать невозможно. О будущих детях сказал, что они у вас народятся крепкими и здоровыми. Наказал отсчитывать девять месяцев от сегодняшнего дня.