- По-твоему, если женщина не хочет, ее можно за это ударить?
Денис еле сдерживал себя, чтобы не накинуться на друга с кулаками.
- Она не просто женщина. Она моя жена! - вспылил и повысил голос Антон.
- Это не значит, что у тебя есть право поднимать на нее руку! Му**к! - громко выругался Денис и ударил кулаком по столу так, что подскочила бутылка, а из рюмки на стол выплеснулась водка.
Антон на это вскочил на ноги и стул, на котором он сидел, с грохотом опрокинулся назад.
Он буравил Дениса взглядом, а тот не уступал ему в ответ. Казалась, если бы не стол, который их сейчас разделял, друзья бросились бы друг на друга.
Первым остыл Антон. Он вдруг расплылся в широкой улыбке и сделал шаг назад.
- Да, ладно. Чего ты так завелся-то, Дэн? Разберемся. Дела семейные... - миролюбиво проговорил он и наклонился, чтобы поднять стул.
Денис был менее отходчивым. Он все еще смотрел хмуро и молчал.
- Давай я тебе лучше кофе сделаю. Садись.
Антон отошел к кухонной зоне и включил кофемашину. Когда он вернулся к столу с двумя дымящимися чашками, Денис уже сидел за столом, сложив на груди руки. Это помогало ему не показывать свою нервозность и не начать барабанить пальцами по столу, как он всегда делал, когда был взвинчен.
- Я был не прав вчера, Дениска. Ты совсем не изменился. Все такой же поборник справедливости и защитник слабых. - заметил Антон, делая глоток кофе.
Он с теплотой смотрел на друга.
- Мне всегда нравилось это в тебе. Твоя молчаливая уверенность в себе и готовность придти на помощь.
Денис молча взял чашку, которую поставил перед ним Антон, сначала втянул носом аромат напитка, а потом пригубил маленький глоток.
- Хороший кофе. - заметил он.
При этом его глаза смотрели строго, почти требовательно.
- Я и сам знаю, что не прав. Жалею об этом. Я просил прощения у Ани за это, кольцо дорогое подарил. Все так закрутилось... Не знаю теперь, как раскручивать. - повинился Антон.
- Ты понимаешь, что рано или поздно она уйдет от тебя? Разведется. - деланно равнодушно заметил Денис и отпил еще глоток.
Говоря это, он внимательно следил за реакцией Антона. Тот неожиданно развеселился.
- Анька-то? Нет, не уйдет. Никуда она от меня не денется. - убежденно заявил он.
- Почему ты так уверен?
- Можешь мне поверить. Она никому кроме меня не будет нужна. И она это прекрасно знает.
- Что за бред? Она молодая...
- Да, да, молодая, красивая. Можешь не продолжать. Все так. Только она... бракованная. Я согласился взять ее такую, неполноценную. И она не забудет этого никогда. Она всегда так говорила.
Денис вопросительно приподнял бровь, ожидая объяснений.
- «Бракованную, неполноценную? Что он несет?»
- Я же тебе рассказывал, что она в аварии пострадала, а ее родители погибли. Помнишь?
Денис по своей привычке вместо ответа кивнул.
- Ее отец не справился с управлением и их на скорости выкинуло на обочину. Там был лес, деревья. Машина влетела в дерево. Родители сидели впереди и погибли сразу. А, Анька ехала сзади. Рядом с ней на сидении стояла коробка со стеклянными банками, домашние варенья, компоты. Они от родственников из Беларуссии возвращались. Полную машину всяких деревенских гостинцев везли. Так эти банки при ударе полетели в нее, разбились, располосовали ей весь живот, руки, ноги. Лицо чудом не пострадало. Врачи лоскутами ее сшивали. Сказали - детей не будет. Она на пляже даже открытый купальник надеть не может, стесняется. Весь живот у нее в рубцах и шрамах. Уродом себя считает.
- Так ты из-за этого? - спросил Денис, даже не скрывая возмущение.
- Изменяю? Нет, конечно. Не так уж и страшно там все. Несколько шрамов. Я привык. Это просто ее комплексы. Так-то она красивая баба. А, по поводу детей... Не знаю... Я не особо и хочу. Нажился в детдоме с малышней... Мне и так неплохо. Это она страдает, ребенка хочет. Даже, представляешь, из детского дома мальчишку предлагала взять.
- А ты? - не удержался от вопроса Денис.
- Я, что, на дурака похож? Вспомни, как мы в детском доме жили. Анька-то не долго там пробыла, мало что помнит. Я же все хорошо помню. Тех детей, на волчат похожих... Нет уж! Не надо мне такого счастья в доме. Я ей так и сказал: «Своих детей нет, чужих не надо.»
- «Как же так, Мишка? Как так-то...» - билось в голове Дениса.
У него внутри все болезненно сжалось от того, что он только что узнал.
- Она поначалу обиделась, надулась, не разговаривала со мной недельку. - продолжил рассказывать Антон.
- Потом ничего, отошла. Даже нашла куда применить свои материнские инстинкты. В местном детдоме детям рисование преподает, лепку. Каждую среду там бывает. С тех пор чтобы ни случилось, по средам у нее дети. В дождь, в мороз, больная, с температурой, не важно.