Анжела закивала как болванчик и попыталась снова загрести меня в свои липкие как у осьминога объятия, но наткнулась лицом на быстро выставленную мною ладонь.
– Ты теперь рыжая? – роняю первое, что пришло в голову, чтобы хоть как-то переместить мысли бестии в другое русло.
– Ага. Тебе нравится?
– Ужас, - мотаю головой. – Блондинкой тебе было лучше.
Вру. Блондинкой ей было гораздо хуже, потому что на фоне светлых волос ее уровень интеллекта казался еще ниже, подтверждая "гордое" звание всех блондинок в анекдотах про их умственные "способности".
– Судя по твоим бывшим девушкам, в последнее время ты предпочитал именно рыженьких. Разве я не права?
Черт! Откуда она это знает?! Неужели она в очередной подговорила кого-то из знакомых следить за мной?
Годы идут, а мозги у Анжелы все больше иссыхают как вобла на ветру.
Мы не виделись с ней полтора года, и я даже успел привыкнуть к спокойной и беззаботной жизни вдали от этой безумной девушки с обостренным чувством собственничества. Если бы среди всех сталкеров проводили кастинг, то Анжела непременно утерла бы нос каждому из претендентов.
– Но почему из всех мест ты решила переночевать именно у меня? У тебя есть же еще родительский дом, да и подруги, в конце концов.
Снова скидываю с себя ее загребущие ручонки и отхожу на целый метр от греха подальше.
– Так ты и есть мой друг! Почему я должна ехать к кому попало посреди ночи после длительного перелета?
Анжела в своей любимой манере садится на барный стул, изящно закинув ногу на ногу - так она пытается переманить на себя мое внимание. Стоит заметить, что из одежды на ней были только шелковые майка да шорты, которые таковыми можно было назвать с натяжкой. С таким успехом она могла щеголять в нижнем белье, ничего бы не изменилось.
– И все же тебе следовало предупредить меня перед тем, как нагрянуть в гости, потому что я мог здесь быть не один, - устало потираю лицо и понимаю, что я и правда отвык от общения с ней.
– А с кем ты мог здесь быть? – невинно спрашивает Анжела. – Ты часто приводишь сюда друзей?
– Я привожу сюда девушек, Анжела, потому что не люблю ходить по отелям.
Между нами пролетела толстая птичка намекинга, но та рикошетом прошла через Анжелу. Лицо ее нисколько не изменилось, словно до нее не доходил смысл моих слов.
Несмотря на то, что в моих словах не было и доли правды, ей следует вспомнить, как я не люблю, когда вторгаются в мою зону комфорта.
– Ладно, - тяжело вздыхаю в надежде поскорее свернуть наш разговор. – На дворе утро, а я совсем не выспался. Давай лучше поговорим чуть позже, ладно?
– Почему ты не выспался?
Говорят, что умный человек тот, кто вовремя претворился глупым, но уверяю, этот случай точно не про Анжелу.
Своим вопросом она окончательно прибила меня к стене. Она действительно ничего не понимает или просто делает вид, будто не слышит меня? С каждлой нашей встречей раньше я все больше убеждался, что в голове у Анжелы скорее опилки, чем мозг. И как бы грубо мои слова не звучали - это правда.
– Потому что я был у своей девушки. Так понятно?
Наивный и по-детски чистый взгляд махом слетает с ее лица, уступая место разочарованию. Плечи Анжелы поникли, взгляд потух. До нее, наконец, дошел смыл моих слов.
Уже на пороге в комнату ее вопрос заставляет меня резко остановиться.
– Неужели та взбалмошная идиотка с длинными русыми волосами и правда тебе нравится? Разве мы не хотели встречаться друг с другом, когда вырастим? Ася, Вера, Женя, Алена, Даша, Валя, Ангелина и теперь Кристина! - она перечисляла женские имена с такой ненавистью, что, казалось, еще немного, и она из каждой из девушек сделает куклы Вуду и будет на них отыгрываться. – Что в них есть такое, чего нет у меня?!
«Мозгов и самоуважения» - вертелось на языке, но я все же сдержался от ответа.
Ну вот, началось. Ее выдержки хватило лишь на десять минут и теперь за моей спиной стояла самая настоящая Анжела. Та, которую я не любил больше всего – сующая свой нос в мою личную жизнь девчонка, которая вбила себе в голову, будто слова из детства непременно должны превратиться в реальность в будущем. Если бы не дружеские отношения наших отцов, я бы уже давно разорвал с ней все отношения и гнал взашей из квартиры. Но до тех пор, пока я стою на карандаше у отца, мне приходится играть на два, а то и три фронта.
– Мы были детьми и много чего успели наговорить, - открываю дверь своей комнаты, но не тороплюсь в нее заходить. – Но это не имеет ничего общего с нашим настоящим. А сейчас иди ложись спать. Постельное белье найдешь в гостевой комнате в шкафу. Спокойной ночи.