— Это было несколько дней назад, — покраснела я до корней волос. — Помня о прошлогоднем признании настоящей Алексис, я всеми силами избегала сыночка архиепископа. А когда терпение у того кончилось, он перехватил меня в парке. Кто же знал, что туда вход воспрещен.
— Твое тело и разум не ведали действия вакцины подчинения, — с довольным лицом сообщил отец. — Тогда понятно, что их так заинтересовало. Ты смогла беспрепятственно войти в святую землю и остаться невредимой. Даже Филу для этого требуется артефакт с кровью святой.
— Чего? — подавилась я воздухом от таких новостей.
— Есть те, для кого богами избрана иная доля, — тихо начал епископ, — и после того, как твой разум стал совершенно иным, ты приобрела свойства настоящей святой. Девы, которая не знает ничего, кроме веры в бога. В твоем случае ее заменяет тяга к науке и знаниям. Я слышал об этой теории, но никогда не думал, что она окажется правдой.
— Папа, — осторожно протянула я в рассветном полумраке, — это же значит, что теперь вся церковь считает меня истинно верующей и удачно проведенным экспериментом леди Гвенс?
— Дочка, — отец с любовью и нежностью посмотрел на меня с другой стороны экрана, — не сомневайся в себе и не бойся. Помни лишь о том, что я всегда буду на твоей стороне, что бы ни произошло. Ты мое единственное сокровище. И если такое положение дел сможет защитить тебя, то я с радостью поддержу легенду и не допущу до тебя проверяющих. Ты все еще несовершеннолетняя и находишься под моей опекой. Герцогиню Ватикас они тронуть не посмеют без ведома отца-герцога.
— Ну, вообще-то, уже тронули, — тихо сообщила я ему про новости минувшего месяца. — Правда, им пришлось об этом очень сильно пожалеть. Не волнуйся, некоторое время, памятуя о событиях тех часов, директор постарается держаться от меня подальше. Так что все под контролем. А к концу этого полугодия я постараюсь создать полноценный антидот.
— Хорошо, если ты так считаешь, то я пока не стану вмешиваться и посмотрю за развитием ситуации, — усмехнулся батюшка. — А там я подумаю, стоит ли тебя вообще оставлять в академии или лучше перевести на домашнее обучение, как будущую святую женского папства. Так что отныне постарайся держать меня в курсе событий. И сообщи, если вдруг что-то потребуется для проведения первых исследований. Я чувствую, антидот нам вскоре понадобится.
— Ты приедешь на бал? — прежде, чем собеседник успел бы отключить связь, выкрикнула я и замерла от осознания собственной глупости.
— Конечно, как я могу пропустить такой замечательный вечер, — папа даже не смутился моей бестактности. — Поэтому ни о чем не переживай и готовься к балу.
— Я не хочу на него идти, — серьезно посмотрела на него. — Не думаю, что при текущем положении дел мне нужно привлекать еще больше внимания к собственной персоне.
— Ничего не желаю слушать, — папа опустил взгляд на документы. — Повеселишься и отдохнешь.
— Но… — закончить фразу мне не дал взмах его руки.
— Перестань трусить и вспомни о том, что уже раз отстояла свое право, — уверенно и сурово заявил мне епископ. — Думаю, второй раз поставить их на место будет еще легче. Тем более, я буду рядом.
— Ты прав, — легкая улыбка коснулась моих губ, и экран монотоса погас, оставляя меня наедине с собственными мыслями.
Глава 32
После утреннего разговора с отцом на душе полегчало. Из-за библиотечного тайного заговора, которому я стала нечаянной свидетельницей, все желание идти на бал у меня пропало. Было неприятно слышать о себе такие жестокие слова. К тому же чувство самосохранения работало на пределе своих возможностей. Я уже в любой мимолетной тени искала опасность. Правда, тут надо пояснить про то, что в семи из десяти случаев опасность и в самом деле находилась, да еще каждый раз становилась все более заковыристой. Меня это уже порядком напрягало.
После всех размышлений и просчитываний возможных вариантов развития событий бал мне уже не виделся таким шикарным и нужным. Теперь на место приятного предвкушения пришла паника и некое подобие зарождающейся истерики. Такие эмоции демонстрировать в рассаднике голодных гиен было под строжайшим запретом. Но раз отец сказал, что будет присутствовать там, потому мне совершенно не о чем волноваться, значит, так оно и есть. К тому же новая информация для размышления была очень заманчивой. О таком я точно еще не слышала, причем за все время своего пребывания в новом теле и совершенно чужом мне мире.