Мне не хотелось это признавать, но закон в этом случае был на стороне противника. Как ни крути, а его отец управляет страной, на территории которой я живу. А это по-любому несколько дополнительных пунктов в его пользу. Я могла до позеленения вопить о равенстве и правах, но кто меня услышит? Если каждый беспрекословно подчиняется воле архиепископа. Даже мой папочка не сможет уберечь. Посему единственный выход из сложившейся ситуации – стать настоящей святой. Полученный иммунитет позволит мне доказать архиепископу, что я не опасна и хочу сотрудничать с церковью.
Собравшись с духом, я все же нашла в себе силы стащить платье и смыть макияж, который уже начал потихоньку сушить кожу. Закончив с банными процедурами, я без сил рухнула в постель и кое-как натянула на себя одеяло. Все мысли вертелись вокруг того странного разговора, состоявшегося между мной и архиепископом. Наверное, мне не стоило придавать ему такое большое значение. Но я кожей ощущала, что просто так для меня это не закончится. Мужчине от меня что-то нужно, и он наверняка добьется желаемого любыми способами.
Несмотря на усталость, сон не шел. Я ворочалась с боку на бок до тех пор, пока в гостиной не начали хлопать двери женских спален. Полночь… С содроганием подумав о новом дне, я залезла с головой под одеяло и, закусив уголок подушки, разрыдалась. Слезы, которые душили меня все это время, брызнули из глаз и полились непрекращающимся потоком. Сколько я так пролежала, хлюпая носом и тихо скуля, не знаю. Но после выплеска эмоций стало чуточку легче. С меня словно оковы сняли, и я вновь смогла дышать.
Дыхание медленно выровнялось, и я постепенно успокоилась. Голова прояснилась, но мысли остались ватными и ленивыми. После истерики пришло опустошение. Даже не знаю, какое состояние было предпочтительнее в тот момент. Кажется, под такие размышления я и провалилась в сон. Что конкретно давало Алексис власть над подсознанием, я не выяснила, но практически не удивилась, узрев перед глазами ту самую золотую клетку, в которую хотел запереть меня Фил. Зато теперь понятно, почему темница приняла именно этот образ.
Подойдя поближе, я осторожно провела пальцами по идеально гладким прутьям. У решетки не было замка. Кажется, точно так и выразился сынок архиепископа в реальности. Клетка без возможности ее покинуть. В нее я запрусь сама, поверив в него и безграничную любовь. Чушь! Настоящая и не поддающаяся логическому объяснению. Мне не шестнадцать, я намного старше, потому могу отличить романтический бред от тирании и насилия над личностью.
Обогнув золоченое сооружение по дуге, я встала прямо напротив своего старого тела. Почему-то в этот момент мне стало очень обидно за наивную глупышку, которая полагала, что в жизни счастье можно получить только по приказу. Другого она и не знала, поэтому считала, что любое внимание к ней — уже подарок судьбы. Какой же несмышленой и незрелой была бедная девочка, запертая в оковы поклонения и безропотного повиновения. Теперь же за нее сражаюсь я… И все, что мне нужно, это не допустить первоначального развития спектакля театра абсурда.
— Почему ваш мир настолько отличается от нашего? — тихий голос заставил меня вздрогнуть и вынырнуть из дум.
— Потому что выбрал совершенно иной путь развития, — опустившись на землю, отозвалась я. — Мой народ выбрал веру в себя, а не слепое повиновение вере. Там, где есть сомнения, рождается нечто прекрасное.
— Но твоя жизнь противоречит всему, что рассказывала мне мама, — как-то недоверчиво промолвила настоящая Алексис. — Твоя судьба была тяжелой и жестокой, но ты осталась такой до омерзения правильной, что мне мерзко от этого. Нарушая все правила, ты все равно была той, кто чтила веру и традиции. Пусть не те, коими пользуюсь я, но такая преданность обезоруживает.
— Это не вера, — покачала я головой, — это мечта, за которой я шла. Теперь ты видела, что можно жить по-другому. Не только слепое обожание человека, который ненавидит тебя и считает вещью, может подарить счастье. Возможно, это твой шанс начать все сначала. Найти ответы на вопросы, которые никогда бы не задала самой себе.
— Ты хочешь меня уничтожить? — испуганно пискнула бывшая хозяйка тела.