— Есть одно вещество, о котором знает не так много людей, — вздохнув сквозь зубы, осторожно пробормотала. — Точнее, о нем знают все, а вот о свойствах чудодейственной сыворотки — единицы. Наверное, мне даже не стоит пояснять тебе, о чем конкретно я говорю?
— Кто посмел раскрыть тебе величайший секрет? — мгновенно ощетинился мой собеседник.
— Сбавь обороты, герой, — хохотнула я. — Твой отец в курсе того, что я все знаю. Не забывай, моя мать вела этот проект, потому многие записи хранятся у нас дома. Так что это не секрет. Больше тебе скажу, возможно, я буду вашим спасением. Все же недоучки, работающие на вас, не в силах оценить истинный размах гениального ума восхитительной леди Гвенс.
— Ты даже это знаешь? — прищурившись, Фил посмотрел на меня с интересом.
— Сама догадалась, когда прочла записи, — равнодушно откликнулась, создавая иллюзию того, что это действительно несложная задачка.
— Хочешь сказать, твоя мать даже не пыталась прятать это? — на лице собеседника крупными буквами был написан шок.
— Да, — просто кивнула я.
— Рассказывай! — властно приказали мне.
— Покойная леди Гвенс зашифровала часть записей, — начала пересказывать я все то же самое, что уже говорила отцу, только немного приукрашивая истинное положение дел. — И сделала она это не ради собственной выгоды, а лишь для того, чтобы никто из «Химора» не смог догадаться в случае опасности и обнаружения ими записей. Формула проста и понятна, но есть некое особое условие, которое заставляет эту вакцину работать. Именно его моя покойная матушка спрятала, почуяв, что за ней уже идут люди из организации. Я готова голову на отсечение дать, что запасы, изготовленные великой леди или под ее тщательным контролем, это самая последняя работающая партия. Создать же еще несколько литров не выходит ни у одного алхимика церкви. Именно по этой причине архиепископ так заинтересован во мне. Он считает, что я смогу отгадать загадку, оставленную матушкой, и найти недостающую часть мозаики. Тем самым спасу страну от краха и беззакония, когда каждый сможет иметь собственное мнение.
— Кто рассказал тебе о том, что после смерти твоей матери воспроизвести препарат не удалось? — Фил все с большим интересом смотрел на меня.
— Никто, — качнула я головой. — Догадаться о таком было нетрудно. Я лично пять раз попробовала сделать вакцину по имеющимся у меня в распоряжении записям. Ни одного удачного опыта, даже основа не подходила под описание. И, я тебя уверяю, моя криворукость или нехватка знаний тут и близко не играют роли. Истина кроется в чем-то другом... Единственный правдоподобный вариант, который я смогла придумать за прошедший месяц, это что часть формулы либо фальшивая, либо спрятана таким образом, чтобы не вызывать подозрений. Поэтому я и решилась на разговор с тобой.
— И какая же помощь тебе нужна от меня? — Фил опустился на лавочку рядом со мной.
— Мне нужно разрешение твоего отца на доступ к оставшимся записям матери, — стараясь не показывать эмоций, пробормотала я.
— Все исследования под строжайшим контролем, — Фил казался растерянным. — Так просто получить к ним доступ не выйдет.
— Я это прекрасно знаю, поэтому и прошу помощи, — тихо протянула я. — Без них я не смогу проверить собственную теорию. Есть вероятность, что у нас вообще две разные формулы. Только сравнив все возможные варианты и тестовые образцы, я могу понять, где кроется ошибка.
— Ты уверена в том, что это можно сделать? — подозрительно осведомился у меня сын архиепископа.
— Нет, — я подняла взгляд на Фила. — Мать была далеко не дурой, потому предсказать ее решения — задача не из легких. Я же действую вслепую, идя за своей интуицией и навыками.
— Тогда ты же понимаешь, что на тебя будет возложена огромная ответственность в случае провала? — Филурай с каким-то садистским блеском в карих глазах рассматривал мое лицо.
— Понимаю! — едва не заорала я на него от переизбытка негативных эмоций. — Думаешь, не ставь я на кон собственную голову, могла бы так просто рассуждать обо всем этом? Я тебе больше скажу. Я первая, кто осознает всю тяжесть происходящего. Вакцина, призванная спасти страну, перестает работать. Это может привести к настоящей трагедии. Если не хуже… Нас могут захватить в плен. «Химор» не дремлет и готовится нанести решающий удар. Мы должны действовать на опережение, иначе может оказаться слишком поздно.