— Моя послушная умничка… — Ван Хаален удовлетворённо откинулся на спинку кресла.
Ему очень нравилось открывшееся зрелище — крупные, тёмные торчащие соски на пухлых грудях, чёрные кружевные трусики с чулками… И при этом она всё ещё была полностью одета.
— Через несколько дней я лечу в отпуск на Гавайи. И хочу взять тебя с собой.
Карие глаза девушки вскинулись на него и снова опустились в пол.
И после всех этих выкрутасов, которые он с ней творил — она по-прежнему вела себя, как целочка… Небольшой ротик с пухлыми губами, нежное лицо — иногда ему казалось, что ей лет шестнадцать. Взрослую женщину в ней выдавала лишь слишком большая для подростка грудь и довольно широкие бёдра.
— Повернись спиной… — почти ласково сказал он ей, уверенный, что она исполнит любой его приказ. Но девушка вдруг начала противиться.
— Пожалуйста, прекратите это… — едва слышно произнесла она, пытаясь запахнуть полы пиджака. — Мне очень стыдно.
— Прекрасно. Именно этого я и хочу, — усмехнулся Ван Хаален. — Ещё раз… Повернись. Ко мне. Спиной.
Теперь его интонации стали более жёсткими, и Айми, изо всех сил проклиная себя за слабость, развернулась.
— Снимай пиджак и блузку. И волосы распусти.
Одежда полетела на пол. Девушка стояла в одной юбке, демонстрируя боссу изящество своей точёной спины. Ещё пара движений — и по лопаткам рассыпались шикарные, волнистые тёмно-каштановые локоны.
— Великолепно… — мужчина впился жадными глазами в её зад, обтянутый юбкой. — А теперь я хочу, чтобы ты взяла себя ладонями за грудь и зажала соски так, чтобы я слышал, как ты стонешь.
— Я… я не могу… — задыхаясь от стыда, выдавила из себя Айми.
Ван Хаален, уже и сам распалившись, поспешно стащил с себя пиджак и, ослабив и сдёрнув с шеи галстук, швырнул его на стол.
Айми, поняв, что он встал из-за стола и сейчас подойдёт к ней, испуганно охнула и действительно схватилась за грудь — чтобы прикрыть её от этого хищника.
Он и вправду вёл себя, как хищник — сделал возле неё медленный круг, оглядывая глазами её тело… И повторил свой приказ.
А, когда Айми его не выполнила, он сам приблизился вплотную, отбросил её руки с груди и проделал то, что и обещал. Девушка, пытаясь уйти от этой бесстыдной экзекуции, охнула и дёрнулась, чуть не налетев на стоящий сзади поднос. Но вырваться из его хватки было непросто.
Несколько долгих секунд он сжимал и выкручивал её соски так, что она, вцепившись в манжеты его рубашки, извивалась от невыносимой муки — то ли стыда, то ли вожделения… А Ван Хаален словно наслаждался её смущением. И, похоже, собирался добавить ещё.
— Ты будешь наказана за непослушание… — проговорил он ей в лицо хриплым от возбуждения голосом. — Становись на четвереньки!
— Нет! — пискнула девушка и сделала попытку сбежать. Мужчина стремительно схватил её за затылок и, поймав за запястье, завернул руку за спину. Теперь деваться точно было некуда, и Айми вынуждена была опуститься коленями на жёсткий ворс ковра.
Он продолжал давить, и теперь она, словно собачка, стояла на трёх конечностях, сгорая от позора, в который он опять её безжалостно погрузил.
Он тоже опустился рядом, прижавшись вплотную ширинкой к её плечу.
А его рука, тем временем, задрала ей юбку до самого пояса и начала стаскивать трусики. Айми уже смирилась со своей судьбой и даже не сопротивлялась, когда его пальцы скользнули по промежности.
— Так тебе стыдно, говоришь? — мужчина тяжело дышал, и слова прерывисто вылетали из его горла. — Посмотри-ка… Вся сочишься стыдом.
И он вдруг, слегка развернувшись, наклонился к ней, обхватил рукой сзади и… Прямо в нос Айми ткнулись его пальцы, обильно смоченные её собственной смазкой.
— Сладкая… — выдохнул ей на ухо Ван Хаален. — Открой рот.
Девушка, в ужасе вытаращив глаза, плотно сомкнула губы и замычала. Конечно же, снова бесполезно — он заставил таки её сделать это… И ещё несколько раз повторил — пока весь рот и подбородок Айми не стали такими же влажными, как и её щёлка…
Казалось, сильнее разнести её было уже невозможно. Но она плохо знала Ван Хаалена.
Следующим движением он ввёл в её вагину два пальца — средний и безымянный, и начал двигать ими — сначала медленно… А потом ужесточил свои движения. Айми дёргалась, охала и стонала — другая его рука крепко держала её под животом…