Оклад действительно вырос, как и было обещано. Получив расчёт за неделю, Айми прикинула свои примерные траты и решила откладывать сумму «на чёрный день» — чтобы не оказаться на улице, если вдруг обстоятельства вынудят её принимать какие-то срочные решения. Так она чувствовала себя немного более защищённой.
Босс вёл себя достаточно корректно, они обсуждали исключительно рабочие вопросы… А через два дня он, оставив вместо себя заместителя, улетел в командировку в Атланту на целых десять дней.
И Айми, наконец, вздохнула свободно.
Почти.
***
В один из пасмурных, дождливых дней, когда хочется не работать, а сидеть дома, закутавшись в плед с горячей чашкой сладкого густого какао, босс вернулся.
Энергичный и, как всегда, шумный — его было слышно издалека, уже от лифта. Он вошёл в приёмную, сверкая белозубой улыбкой и буквально распространяя вокруг себя ауру активной деятельности. Направился было к двери своего кабинета…
И вдруг остановился прямо напротив стола Айми, сунув руки в карманы брюк.
— Всё в порядке, мисс Вонг? Вы выглядите немного бледной…
Девушка поспешно поднялась, оправила жакет и кивнула, здороваясь.
— Добрый день, мистер Ван Хаален… Да, вроде бы всё хорошо, без происшествий.
— О’кей, зайдите ко мне, отчитайтесь по текущим делам.
И он, развернувшись, удалился к себе. Сразу же за ним проследовал водитель, неся в обеих руках небольшой кожаный дипломат и ноутбук.
Айми сидела в своём кресле, пытаясь унять бешено стучащее сердцебиение. Неужели всё начинается снова? Чего теперь от него ожидать? Другого способа узнать это, кроме как проверить опытным путём, не было.
На её счастье, долго отчитываться не пришлось — Ван Хаален объявил общее собрание совета директоров, и комнату для совещаний, прилегающую к его кабинету, заполонило человек пятнадцать мужчин и женщин в строгих костюмах.
Мисс Вонг вздохнула с облегчением — это мероприятие её никак не касалось, для таких случаев в компании была предусмотрена отдельная должность — корпоративный секретарь, и он и курировал все сопутствующие процессы.
Заседание продлилось больше трёх часов, с перерывами, и, наконец, под завершение рабочего дня, из зала совещаний вышли, негромко переговариваясь, все сотрудники, и в приёмной установилась тишина.
Айми шустренько сварила кофе — сейчас, наверняка, босс усталый и злой и потребует за ним поухаживать. И, действительно — Ван Хаален, сбросив пиджак и оставшись в одной рубашке, полулежал на диване в комнате отдыха, обессиленно откинувшись на спинку и прикрыв глаза.
— Да, спасибо, мисс Вонг… Принесите мне холодной воды без газа.
Девушка достала бутылку из холодильника, наполнила стакан и протянула боссу.
— Присядьте, пожалуйста… Мне нужно с кем-то поговорить.
«Ну да, на совещании ты, конечно же, не наговорился…» — с досадой и страхом подумала Айми и, развернувшись вполоборота — так, чтобы у Ван Хаалена не было возможности заглядывать к ней под юбку — приземлилась на стул с другой стороны кофейного столика.
— Мисс Вонг… У вас есть друзья?
Ну вот… Начинается. Будет теперь заползать к ней в душу, снова задавать личные вопросы… А Айми откровенничать совершенно не хотелось.
— У меня есть подруги, мистер Ван Хаален… Но они все остались в Питтсбурге. Мы иногда созваниваемся.
— Вам никогда не бывает одиноко? Я говорю об одиночестве не физическом, но душевном… Когда вокруг полно людей, а ты при этом чувствуешь себя так, словно тебе и поговорить не с кем.
Айми молчала. Сначала этот ублюдок творит с ней такие вещи, которые стыдно даже вслух произносить… А теперь надеется на понимание и поддержку? Нет уж. Не будет этого.
Она смотрела в сторону — куда-то в угол. Лишь бы не видеть это лицо. Эту холёную кисть руки, с дорогими часами на запястье, расслабленно лежащую на подлокотнике дивана.
— Вы… сильно меня ненавидите? — мужчина приоткрыл глаза и теперь следил за ней, слегка прищурясь.
— Бог вам судья.
— Если бы вы могли — вы наказали бы меня? Как именно?
Айми не ожидала такого поворота. И теперь не знала, что отвечать. На языке вертелись десятки оскорблений, но озвучить их — означало подставить себя под новый удар. Ван Хаален был не из тех людей, с кем можно было шутить такие шутки.
— Я заставила бы вас стать женщиной и испытать то же самое, что и я.