Таким образом, почва для будущей «организации» оказалась готова. Стороннему наблюдателю и впрямь могло показаться, будто вокруг Глебова начало формироваться некое промонархически настроенное сообщество. При этом, многие фигуранты «Престола» ещё и служили в Красной армии. Да не абы где, а на штабных должностях! Чем не лакомая приманка для германской разведки?
Впрочем, любая, даже самая убедительная версия требует своей проверки. Без этого, она так и грозит остаться простым бумажным творчеством. Претворением в жизнь легенды о «Престоле» и должен был заняться советский агент Александр Демьянов. В декабре 1941 года он перешел на лыжах линию фронта, якобы под предлогом добровольной сдачи немцам в плен. Однако там к «перебежчику» отнеслись с явным подозрением. Главной причиной послужило то обстоятельство, что Демьянов уцелел, пройдя по немецкому минному полю, о котором наша фронтовая разведка, в свою очередь, ничего не знала. Получается, Александр остался в живых только чудом! Непростительная накладка! Немцы же, разумеется, подобному везению просто не поверили. Они подозревали, что имеют дело с опытным разведчиком, заброшенным в их тыл с далеко идущими целями.
Последовали долгие и изнурительные допросы. Демьянов ни в чем не сознавался. Лишь продолжал утверждать, что перешел линию фронта добровольно, с целью предложить немцам свое сотрудничество, а о минном поле даже не догадывался. Тогда в один, далеко не прекрасный день, его повели на расстрел. Надо отдать должное Александру. Может, в свое время, его и склонили к сотрудничеству с органами помимо собственной воли, однако теперь он не дрогнул. Да и немцы расстрел просто инсценировали. Это послужило некоей первичной проверкой. Потом вскрылось, что ещё в довоенных документах абвера Демьянов проходил под кодовым именем «Макс», в качестве подходящего объекта для вербовки. Подтвердились и распускаемые им о своей семье сведения, в среде сотрудничавшей с немцами русской эмиграции.
Тогда Александра перевели в Смоленск. Тон бесед стал более благожелательным. Это означало, что офицеры абвера поверили ему. И решили использовать в собственной игре. Перед «Максом» поставили задачу вернуться в Москву и, опираясь на свои связи в «Престоле», постараться проникнуть в Генеральный штаб Красной армии. Ну и ещё, попутно, заняться организацией диверсий на железной дороге. Словно, это так просто! Правда и подготовить его решили соответствующим образом. Демьянову пришлось прослушать курс в специальной разведшколе абвера, которой, помимо подрывного, преподавали ещё и шифровальное дело, а также основы работы на рации. Впрочем, все это было ему уже знакомо. Но приходилось скрывать собственные навыки, дабы не вызвать излишних подозрений!
В феврале 1942 года «Макс», вместе с двумя другими агентами из числа перебежчиков, был сброшен с самолета в советском тылу в окрестностях Ярославля. В ветреную и снежную погоду все трое потеряли друг друга из виду. Александр в одиночку добрался до Москвы, где сразу вышел на связь с органами НКВД и, первым делом, дал ориентировку на своих недавних «товарищей» по десантированию. Вскоре те были арестованы. Сам же «Макс» развернул рацию и вышел в эфир с известием о благополучном прибытии и готовности к дальнейшей работе. Обрадованные немцы начали отправлять ему на помощь специальных курьеров-боевиков. Ну, чтобы столь ценный агент не рисковал понапрасну, принимая личное участие в проведении диверсий. Отныне, на Демьянове оставалось лишь общее руководство, а взорвать рельсы на железной дороге или подсыпать яд в резервуар водозабора могли исполнители и попроще. Естественно, что все они незамедлительно арестовывались нашей контрразведкой. Некоторые, в свою очередь, перевербовывались и соглашались принимать дальнейшее участие в радиоигре. Только теперь они сообщали немцам специально подготовленные на Лубянке факты, создавая видимость успешной работы вражеской агентурной сети в советском тылу. Для подтверждения этого, в центральной прессе даже было опубликовано несколько глухих сообщений о некоей диверсии, якобы имевшей место на железной дороге под Горьким.