К весне 1945 года базировавшаяся на Новой Гвинее и острове Моротаи нидерландская колониальная армия насчитывала около трех тысяч человек. В её состав входили сведенные в один батальон две пехотные роты, добровольческий Папуасский батальон и всевозможные штабные службы. Армия, образно выражаясь, ожидала развертывания в полнокровные соединения, поскольку считалось, что сразу после освобождения первых островов архипелага в её ряды устремится множество мобилизованных новобранцев. Кроме того, довольно внушительный штат имели разведывательные службы, сконцентрированные в подразделениях NEFIS (Нидерландская разведывательная служба) и располагавшегося на Цейлоне «Корпуса Инсулинда». За налаживание нормальной жизни в освобожденных районах отвечали сотрудники NICA (Гражданская администрация Нидерландской Индии), а за восстановление разрушенных нефтяных промыслов – Технический или «Нефтяной» батальон (Oliebataljon). Командир последнего – подполковник инженерной службы Эйсселдейк был особенно обрадован возможностью ознакомиться с полученной из Москвы «Инструкцией…».
– Не понимаю вашего оптимизма, – пожал плечами генерал-майор ван Стратен. – Мы же собираемся десантироваться на Борнео, а не на Суматру.
– Ну и что? Да, скважины и нефтеперерабатывающие заводы, во время отступления, уничтожались везде. И на Суматре, и на Борнео, и на Таракане. Причем, производилось это везде по единому алгоритму. Но если знаешь, как выводили из строя, то и восстанавливать будет значительно легче, не так ли?
– Ну-ну. Посмотрим…
Увы, но прав в этом споре оказался именно генерал. Все надежды подполковника Эйсселдейка быстро запустить в эксплуатацию нефтяные разработки на Таракане откровенно пошли прахом. И, что самое интересное, совсем не из-за действий японцев. Даже наоборот. Перед самой высадкой, начиная с 12 и до 19 апреля, авиация союзников с особым упорством и методичностью бомбила именно нефтяные резервуары, располагавшиеся вдоль побережья острова. Происходило это из-за опасения того, что противник, путем разлива и последующего поджога нефти может принести немало неприятностей силам десанта. Конечно, в процессе авиаударов доставалось и оборонительным сооружениям японцев.
В 04.30 1 мая 1945 года к бомбардировкам с воздуха присоединился и артиллерийский обстрел отряда кораблей непосредственной поддержки (два крейсера и шесть эсминцев), подошедшего к юго-западной части острова и открывший огонь сразу после восхода солнца. Такой, вот, своеобразный привет подданным Империи восходящего солнца! Впрочем, вряд ли они ему очень обрадовались. Силы японцев, на Таракане, оценивались приблизительно в две тысячи сто человек, сведенных в 455-й пехотный полк, 2-й гарнизонный отряд морской пехоты и роту морских пехотинцев из специальной морской бригады «Куре». Против них австралийцы сконцентрировали гораздо более внушительную группировку – 26-ю пехотную бригаду, состоявшую из трех пехотных батальонов (2/23, 2/24, 2/48), пионерский (инженерный) батальон 2/3, рота коммандос, эскадрон тяжелых танков «Матильда» из бронетанкового полка 2/9. И это не считая всевозможных приданных артиллерийских и саперных соединений. Ну и 2-й роты KNIL, разумеется.
Высадка, в полном соответствии с уже сложившейся традицией англо-американцев, производилась на три пляжа – «Красный», «Желтый» и «Зеленый». В первом эшелоне, в 08.00, шли батальоны 2/23 и 2/48. Батальон 2/24 десантировался позднее – в 09.20. Он предназначался для развития успеха и захвата местного аэродрома. Противодействие противника было, откровенно, слабым. Порой, оно сводилось лишь к беспорядочной пальбе из стрелкового оружия. Гораздо больше проблем австралийским саперам принесли минные поля и тяжелые природные условия. Подобно многим тропическим островам, побережье Таракана окружал пояс сплошных болот и труднопроходимых мангровых зарослей. Пришлось изрядно потрудиться с разминированием, прокладкой пригодных дорог, строительством понтонных переправ и так далее.
Кроме того, с продвижением вглубь острова, сопротивление японцев всё больше возрастало. Используя, в качестве укрытий, хитросплетение пещер, тоннелей и бункеров, выдолбленных в местных скалистых холмах, они постоянно наносили беспокоящие удары по наступавшим австралийским войскам, не брезгуя даже атаками «смертников». Тем не менее, уже к 5 мая союзники захватили, как аэродром, так и, собственно, город Таракан. Ликвидация остальных организованных очагов сопротивления затянулась до 20 июня. Дальше начиналась так называемая стадия «зачистки». Разрозненные группы категорически не желавших сдаваться в плен солдат противника бродили в джунглях в надежде раздобыть любое пригодное плавсредство и ускользнуть на нем на лежащий рядом огромный остров Борнео. С ними боролись, как сухопутные, так и морские патрули. Зачастую, австралийцы и голландцы становились свидетелями поистине жутких картин. Некоторые из японцев были захвачены прямо за приготовлением себе трапезы из трупов убитых товарищей!