"Получив задание Центра проверить достоверность информации, содержащейся в статье "Наследник Александра Матросова" за подписью секретаря первичной партийной организации Синельского спиртзавода И. Лопаткина, помещённой в Сенской районной газете "Заря коммунизма", я посетил Синель под видом корреспондента журнала "Пищевая промышленность" Сидоровой Александры Егоровны, и в результате кропотливого двухдневного расследования установил следующее:
"Временный выход из строя оборудования из-за халатности обслуживающего персонала", как указано в статье, на самом деле являет собой крупнейшую не только в истории завода, но и во всей отрасли, аварию за все послевоенные годы – взрыв парового котла, повлекший за собой остановку производства стратегически важного продукта на десять дней, и убытки, по подсчётам специалистов, на сотни тысяч рублей…"
Тут мы прервёмся вместе с шефом, который оторвал голову от донесения и спросил:
– Это сколько же в долларах?
– Сотни тысяч, – ответил Майк, – если по их курсу в девяносто копеек за наш бакс.
Шеф довольно хмыкнул и снова погрузился в чтение:
"…Статья же основана на выводах правительственной комиссии и следственных органов, работавших несколько дней безвылазно в складе готовой продукции, так называемом "подвале", что подтверждено несколькими независимыми источниками. Поэтому вышеуказанная статья на самом деле является дезинформацией…"
– Это они умеют, – прокомментировал шеф. – Впрочем, как и мы…
"…В результате опроса населения, особенно работников завода, мне удалось установить достоверную картину, отображающую настоящую причину аварии.
В момент аварии шесть работников ночной смены, а именно, сменный химик Тенькова Екатерина, кочегар Митрофанов Александр, помощник кочегара Вася, мойщик Петя, электрик и слесарь – оба Николаи отсутствовали на своих рабочих местах по причине того, что все шестеро более часа занимались групповым сексом в заводском душе. Поскольку кочегар и его помощник не желали отвлекаться от занятий сексом, перед уходом в душ они так раскочегарили топку, что котёл не выдержал неимоверно поднявшегося давления пара и взорвался в самый разгар вышеупомянутого группового сексуального акта. Варщик же Аполлон Иванов (ныне – шофёр спиртовоза), о котором идёт речь в статье, был найден с разбитой головой (разбита она у него была заблаговременно шофёром того же завода Антоном, периодически страдающим белой горячкой по причине неумеренного употребления алкогольных напитков, в основном, самогона и бражки) возле разварников, которые он обслуживал. Таким образом, он оказался единственным пострадавшим, и возведен в сан героя. Но на самом деле как раз вышеупомянутый Аполлон Иванов и является главной, скрытой, причиной аварии. При опросе немого мойщика Пети выяснилось, что вышеуказанный сеанс группового секса затеял именно Аполлон Иванов, а уже затем в него включился сам Петя. Так как Петя не умеет ни говорить, ни писать, и к тому же не желал уступать славу первого парня на деревне Аполлону Иванову, он, естественно, не мог, да и не хотел, никому сообщить, что зачинщиком вакханалии, приведшей к крупнейшей в отрасли аварии, на самом деле является не он, как считают все сельчане, а Аполлон Иванов, который очень хитро всё рассчитал и умело законспирировал…"
Тут шеф поднял ликующее лицо от донесения агента Гномика и чуть ли не запрыгал от радости:
– Молодец!.. Жучок наш колорадский… А как этот ваш агент смог опросить этого Петю, если он немой, да к тому же не умеет ни читать, ни писать?
– Мы очень тщательно отбираем свою агентуру, – ответил Билл, и с гордостью добавил: – Любой наш агент может разговорить не только простого здорового немого, но и самого молчаливого безграмотного глухонемого сумасшедшего заику, находящегося в глубокой коме!
Шеф снова погрузился в чтение:
"…Мне же удалось установить этот никому не известный факт благодаря очной ставке бывшего варщика Иванова и мойщика Пети, которая состоялась впервые после аварии в моём присутствии. Достоверность этой информации косвенно подтверждается личностью Иванова – он настолько старается быть привлекательным для женщин, что всегда находится в обильно наодеколоненном состоянии.
Агент Гномик".
Конечно, агент Гномик не упомянул и полусловом о своём провале со сменой пола, о том, что очная ставка в его присутствии едва не закончилась для него потерей заднепроходной девственности и превращением из Гномика в гомика.