ГЛАВА ПЯТАЯ
Между тем, фрегат «Миссионер», достигнув побережья Гибралтара, по милости своего капитана остановился передохнуть в бухте, расположенной недалеко от губернаторского дома, где Лигетт и планировал остаться на один день, дабы пополнить запасы провизии. И пока Джозеф проводил время у его превосходительства с целью разъяснения цели своей экспедиции, он предварительно освободил всех членов команды от обязанностей, предоставив им судно в полное распоряжение. Пожилой губернатор добродушно встретил гостей из Англии и проводил капитана Лигетта в свою усадьбу, где одновременно проживал и занимался государственными делами. — Меня уже успели заблаговременно оповестить о вашем прибытии, так что можете быть покойны, - говорил он, усаживаясь вместе с капитаном за большой мраморный стол, украшенный изящной позолотой, - Что же, собственно, вас привело к нам, позвольте поинтересоваться? — Вы наслышаны об аресте Иэна Годуэра и его последователей в Судане, я надеюсь? - сказал капитан, закурив трубку. Он пристально посмотрел на губернатора, который задумчиво провёл рукою по своей седине. — Как же, наслышан. Из заявления его высочества, короля Георга. Стало быть, вы направляетесь в Нубию? — Всё так, - вежливо улыбнулся капитан Лигетт, - в ближайшее время их должны приговорить (по их законам) к смертной казни, чего мы, конечно, допустить никак не смеем. Уже третий день пребываем в плавании. — Понимаю, сэр, - озабоченно заявил губернатор, - но, может, вам следует остаться на ещё один день, что, полагаю, вам не повредит, а уж после двинетесь в путь? В любом случае, вы можно всецело рассчитывать на меня: я окажу вам всю возможную поддержку. — Благодарю вас за ваше беспокойство, но я всё же склонен не медлить с отправкой. К тому же нам ещё нужно осилить проход через Красное море, - на лице капитана появилась надменная улыбка, - Если хотите знать, уважаемый, я в полном нетерпении застать этих варваров врасплох и предать Христову правосудию всё их разнородное племя! Губернатор от этих слов рассмеялся. — В вашей победе нет никаких сомнений, капитан. А в случае какой-нибудь непредвиденной ситуации (чему я никак не желаю произойти), я могу прислать подкрепление. В моём распоряжении – двести парусных фрегатов по двадцать человек в каждом, вообразите! — Что ж, буду признателен вам, - ответил Лигетт, подвинув ноги ближе к горевшему камину, - Лично я считаю, что состав нашего судна вполне годен для победы. Пятьдесят живых душ, и из них большинство – старые морские волки, причём моей школы, хе-хе. И все – послушные ребята. Я их хорошо ставлю на место, можете быть уверены: так, что ни у кого не возникнет желания мне перечить. И результат – полная боевая готовность, хе-хе! Будучи старыми друзьями, губернатор и капитан провели весь день, сидя у огня и выпивая по бокалу шампанского. Затем губернатор повёл Лигетта на широкую террасу, с открывавшимся видом на гавань, где и находилось судно «Миссионер». — Не прошло и дня, а уже успели от рук отбиться, проклятые щенки! - воскликнул капитан Лигетт, разглядывая в подзорную трубу свой фрегат и видя, что на палубе никого нет, - Ну ничего! Скоро их ждёт жестокое испытание, и они быстро опомнятся! Губернатор в ответ ничего не сказал, прислушиваясь к голосам торговцев и моряков, наблюдая за суетливыми их движениями в порту. На него почему-то вдруг напала такая тоска, что он ничего, кроме тяжелого вздоха, не мог произнести. — Что с вами, уважаемый? - спросил его капитан, собираясь вернуться в дом, - Бьюсь об заклад, что вам нездоровится. Губернатор действительно стал покашливать, но было это, вероятно, не от болезни, а от слишком частого потребления табака. — Благодарю, капитан, но я совершенно здоров. Позвольте, мы с вами продолжим беседу у меня дома. И они медленно прошли в гостиную, где только с часу назад сидели и разговаривали о своих делах. — Ваши слова, признаться, натолкнули меня на очень печальную мысль, - заговорил губернатор с грустью в глазах, - Я, когда стоял сейчас с вами, припомнил как-то свои младенческие годы. Отец мой покойный также стоял на балконе с одним лордом, а я ещё был юн и служил на галеоне. И кто знал, что я снова буду стоять тут, но уже с вами, капитан. А вы уже управляете целым фрегатом «Миссионер», и плывёте невесть куда, в Нубийские земли. Сколько времени прошло! Как долго мы не виделись! И вновь расстаёмся… — Верно, сэр, - с серьёзностью подтвердил капитан, - да что прикажете делать? Долг перед Отчизной зовёт, не сам я туда отправляюсь, известно. Не могу ничего обещать заранее, но всей душой верю в наше возращение. При первой же возможности вас навещу всем составом. А пока… Он вдруг обернулся к окну и заметил, что уже изрядно стемнело, а значит, день подошёл к концу. — Пора отбывать, ваше превосходительство. Напоследок хочу выразить вам глубокую признательность, что изволили меня пригласить к себе. — Будьте на страже своего корабля! Мне будет искренне не хватать вашего присутствия. Но вы правы: долг, и ещё раз долг! Так что прощайте, капитан. Sanctus auxiliator vos adiuvet. И губернатор, проводив капитана до гавани, крепко пожал ему руку и поспешил обратно в дом, прикрывая свою голову треуголкой от усилившихся порывов ветра.