— Теперь, Джейн, никто не сможет сказать, что для мисс Бингли не находится кавалеров, — обратилась Элизабет к сестре. — Однако, как ты видишь, она все равно не ослабляет своего внимания к полковнику.
— И полковник и Кэролайн ведут себя вполне прилично, я не знаю, что тебя беспокоит, — ответила миссис Бингли.
— Но она не любит его. И от этого ее откровенные попытки обольщения, ее лицемерные улыбки выглядят отвратительно.
— Ах, Лиззи, если им обоим это нравится, то ради бога, — сказала Шарлотта.
— Нравится? Если полковник будет подкуплен этой лицемерной симпатией, то он вполне может попасть в ловушку. А позже ему придется сильно пожалеть.
Элизабет была убеждена, что ее аргументы неопровержимы, но она оказалась в меньшинстве. Джейн и Шарлотта не разделяли ее мнения.
— Во-первых, моя милая, полковник пока держит себя более чем сдержанно, почти пренебрежительно! И во-вторых, мне кажется, для них такой союз мог бы быть полезен.
— Но, Шарлотта, смогут ли они быть счастливы?
Миссис Коллинз пожала плечами.
— Я не понимаю, Лиззи, почему ты не хочешь признать, что этот вопрос может относиться ко всем парам любого состояния.
— Может быть, я это и признаю, но согласись, что начало значит очень много.
— Очень много значит благоразумное поведение.
— Я всегда это говорю, но давай сначала определимся, что есть благоразумие в твоем понимании.
Следующий танец Элизабет обещала полковнику. Как обычно с жизнерадостной улыбкой тот подошел к ним, и осведомившись, не будет ли Дарси против, повел Элизабет к танцующим.
Бессознательно выводя сложный рисунок танца, Элизабет все время думала о Кэролайн и наконец не утерпела.
— Ах, полковник, все дамы сегодня просто очаровательны. Не так ли?
— Могу, не кривя душой, вполне с вами согласиться, — не без удивления ответил полковник Фицуильям.
— Но Кэролайн Бингли особенно хороша, вам не кажется?
— Хм, может быть, вам с вашим знанием человеческой природы и ее внешних проявлений это виднее, чем мне…
— Да, мой дрогой друг, она щедро расточает любезности, но я уверенна, что они совершенно неискренни. Ведь она хорошо владеет искусством быть очаровательной с теми, кого подскажет ей расчет. И кое-кто может попасться в ее сети.
Фицуильям улыбнулся.
— Ах вот оно что! Безусловно, мисс Бингли очень хороша, и быть может я и на самом деле нахожусь в серьезной опасности…
— Кажется когда-то вы собирались быть благоразумным, надеюсь вы не отказываетесь от этого намерения и сейчас.
Полковник вдруг стал непривычно серьезным.
— Наверное я имею право вам сказать, что в силу определенных обстоятельств ее чары не могут на меня воздействовать, хотя ничто не мешает мне броситься в эти сети.
В голосе полковника было столько горечи, что Элизабет вздрогнула.
— Надеюсь вы не станете отказываться от подлинных чувств в пользу фальшивки…
— С вашей стороны жестоко говорить мне об этом. Когда другие срывают сладкие плоды счастья, нам, младшим сыновьям, остаются только колючки благоразумия, и боже мой до чего они бывают остры!
Эти слова смутили Элизабет, ведь вполне можно было подумать, что они относились к ней и Дарси. Но подлинный смысл их остался от нее скрыт, и она продолжила настаивать.
— Ах, полковник, вы правы. Иногда ожидание подлинного чувства так мучительно. Но поверьте, когда оно приходит, забываешь обо всем!
На лице полковника появилась не то улыбка, не то гримаса боли.
— Вы думаете? Но порой оно приносит с собой еще большие страдания.
Элизабет бросила на него непонимающий взгляд.
— Я говорю о неразделенной любви.
— О! Полковник, я задела слишком тонкую струну вашего сердца, прошу меня простить. Но ведь вы не поделились с нами своей сердечной привязанностью. А может быть вы ошибаетесь насчет чувств дамы, и все на самом деле не так безнадежно. Даже в таких делах может понадобиться содействие друзей.
— Элизабет, вы… — на лице Дэвида отобразилось смятение, но он сдержал себя, — вы проявляете столько заботы, я этого не заслуживаю.
— О… простите мне мою навязчивость.
— Нет-нет, не говорите так, ведь мы с вами друзья! — умоляюще произнес полковник.
От Элизабет не укрылось его замешательство, и она решила, что со временем обязательно должна выяснить, что за секрет хранит полковник.
Когда музыка стихла, и они вернулись к Дарси, обнаружилось, что он и Бингли разговаривают с каким-то незнакомым человеком.
— Мистер Шарп, — представил Бингли своего гостя. — Мой деловой партнер.