В жизни мистера Дарси была не одна женщина до Элизабет. Свою благосклонность дарили ему и дамы из высшего света, и девушки попроще. Однако раньше все сводилось к довольно обычным вещам, которые, хотя и несколько противоречили нормам морали, но не вызывали в обществе глубокого осуждения и не порочили честь дворянина. Поэтому Дарси неизменно был убежден, что не выходит за рамки благопристойности и оставался спокоен. Теперь же чувство к Элизабет заставляло его терять голову, выбивало из-под ног все основания. Так поддаваться чувствам — это было слишком…
— Один поцелуй, только один поцелуй, — наконец сдался он.
Дарси обхватил голову Элизабет и притянул ее к себе. Элизабет подалась ему навстречу и, едва ли осознавая, что происходит, замерла в его руках.
В этот момент им открылась подлинная высота и могущество человеческих чувств, сокровенный мир, доступный не каждому.
Усилием воли Дарси отстранил от себя жену и, развернувшись на каблуках, бросился прочь.
Он должен был собраться с мыслями. Спуститься вниз к полковнику, сесть у камина и пропустить рюмку хереса. Вот что должно его спасти!
А бедная Элизабет на ослабевших ногах вошла в комнату.
— Ах госпожа, вы выглядите такой усталой! — воскликнула Мэгги. — Смотрите, что я для вас приготовила!
Девушка отодвинула маленькую ширму, и Элизабет увидела ожидающую ее ванну.
— Мэгги, как ты успела?!
— А очень просто, они специально держат на кухне кипяток для гостей.
Это прозвучало смешно, но у Элизабет не было сил смеяться.
— Ты просто чудо! — сказала она, в изнеможении опускаясь на стул.
— Ах, — всплеснула руками Мэгги. — Бедная вы моя! Они вас совсем не жалеют. Это надо же, в такой холод весь день трястись в карете!
Мэгги склонилась над хозяйкой и принялась бережно вытаскивать шпильки и заколки, отстегивать кружевные украшения. Вдруг одна из ленточек скользнула к ногам миссис Дарси.
— Ах, какая я неловкая! — воскликнула Мэгги. — Но…
Горничная смущенно умолкла.
— Что, моя милая? — спросила Элизабет.
— Может, госпожа будет так добра… — Мэгги зарделась, — и подарит мне эту ленточку.
Элизабет улыбнулась детской непосредственности этого милого создания.
— Ну конечно! Пусть она принесет тебе счастье! Желаю, чтобы ты встретила в Пемберли отличного жениха!
Мэгги ловко спрятала ленточку в лиф и продолжила свои манипуляции с одеждой Элизабет.
Она расстегнула маленькие непослушные пуговички на голубом пелиссе и аккуратно стянула его с хозяйки. Потом расшнуровала и сняла ботинки. Затем пришла очередь платья.
Элизабет терпеливо ждала, пока Мэгги привычными движениями распускала шнуровку и освобождала ее от корсета. Но когда горничная склонилась, чтобы снять с госпожи чулки, терпение ее иссякло.
— О, Мэгги! Прошу тебя!
— Сейчас-сейчас, мэм, да вот уже и все!
Освободившись от одежды, Элизабет облегченно вздохнула и с удовольствием погрузилась в ванну.
Мэгги все время хлопотала вокруг нее, то добавляя горячей воды, то наливая ароматных масел, то обтирая маленькой мочалкой шею и спину хозяйки. Ее усилия не прошли даром, напряжение и страхи Элизабет отступили, и она полностью отдалась во власть грез.
Но вскоре вода стала остывать, и Элизабет с сожалением выбралась из ванны. Мэгги заботливо растерла ее теплым полотенцем и подала ночную сорочку.
Забравшись под одеяло, Элизабет быстро согрелась, но сон почему-то не шел. Она не находила себе места на широкой постели среди пуховых подушек и одеял. Ее переполняли новые, непривычные ощущения и неотвязные, беспокойные размышления. Пережить такое в одиночку было просто немыслимо, и Элизабет вдруг осознала, как ей не хватает близкого существа, с которым можно было бы разделить эти переживания.
О, как бы ей сейчас хотелось, ступая босыми ногами по ледяному полу, побежать в спальню к Джейн, чтобы обсудить с ней свои дела или обнять добрую и рассудительную Шарлотту Лукас, с которой она дружила с самого детства.
Впервые в жизни они показались ей так бесконечно далеки. Ее любимая сестра, Джейн наслаждалась сейчас супружеским счастьем со своим милым мистером Бингли. А Шарлотта сразу после их венчания отправилась в Хансфорд со своим противным мистером Коллинзом. И Элизабет даже не решилась попросить ее приехать в Пемберли на будущее торжество раньше остальных. Шарлотта ждала ребенка. Ее мучали приступы тошноты и боли, и, по правде говоря, ей было совсем не до Элизабет.