— Я вас не понимаю!
Я переложил револьвер из правой руки в левую.
— Похоже, вашу память надо немного освежить.
Он отскочил к стене и весь сжался. Я замахнулся, чтобы ударить его еще раз, но, услышав, как скрипнула дверь, обернулся в ее сторону. На пороге стояла Мира, а рядом с ней Peг Хенсон.
— Наконец, — сказала Мира. — Вы все-таки сюда пришли. Мистер Стон, мы ждали вас здесь со вчерашнего вечера. Вам сказать одну лестную вещь?
— Какую?
— У вас репутация человека действия. Надо сказать, вы действительно жутко активны.
Я покачал головой:
— Ну, не такой уж я активный. По крайней мере, пока все идет не так, как хотелось бы.
— На что вы намекаете?
— Он намекает на то, что пока у него нет возможности отомстить нам за все, — мрачно сказал Peг.
Лицо у Миры стало таким, будто она увидела забавную игрушку.
— Пришлось, конечно, многое вытерпеть, но чтобы получить то, что мне нужно, я бы согласилась и на большее.
Она прошла в глубь комнаты и села на край кровати Парка. Вид у нее был совершенно непринужденный. Она даже закинула ногу на ногу.
— Да, — сказал я, поглядывая на ее обнаженные ноги. — Сейчас вы в своем амплуа. Сегодня утром я пытался его определить, а теперь вижу, что оно со стоит в том, чтобы играть с застежкой молнии да раздеваться при малейшей нужде.
Мира закурила сигарету.
— А мне показалось, что вы были довольны. Кстати, я тоже чувствовала удовлетворение, поскольку все, что мы проделывали, добросовестно записал капитан Пурвис.
Хенсон закрыл дверь в комнату Парка и прислонился к ней спиной.
— Возможно, пару раз мы сработали не совсем чисто, — признался он, — но это только потому, что вы дьявольски быстры. Впрочем, могу сказать, что вы дурак. Вам нужно было не вмешиваться в это дело с Пат и думать только о себе. Тогда бы с вами не произошло того, что произойдет сейчас.
Он неторопливо вытащил из кармана пиджака револьвер. Впрочем, револьвер был и у меня.
— Зачем вам это понадобилось, Peг?
— Ну конечно, ради денег.
Мира с наслаждение выпустила большой клуб дыма.
— Да, теперь он от нас не улизнет, — сказала она. — Что мы с ним сделаем?
— Мне кажется, его нужно успокоить. — Peг посмотрел на Парка: — У вас здесь есть маленькая, совершенно не посещаемая комната?
Парк ответил:
— Таких здесь несколько, но почему нельзя его оставить здесь? Здесь его никто не обнаружит, это уж точно.
— Неплохое предложение, — согласилась с ним Мира.
А Хенсон продолжал так, будто меня здесь вовсе не было:
— Сегодня вечером или завтра утром, когда шум немного поутихнет, я вернусь с Беном или с кем-нибудь другим. Держу пари, какой-нибудь патрульный полицейский жутко обрадуется, обнаружив в одной из оставленных на ночь машин Большого Германа с пулей во лбу. В руках у него, конечно же, будет револьвер, из которого эта пуля вылетела.
— Неплохо, — улыбнулась Мира.
Тут я сказал:
— Есть одна мелочь, небольшая такая неточность, Peг.
— Какая же?
Я прицелился в него из револьвера:
— Прежде чем готовить жаркое из зайца, его нужно поймать.
Они даже ничего не сказали. Просто иронически смотрели на меня и издевательски улыбались. Правда, Парк был где-то за моей спиной, но уж Миру и Хенсона я видел хорошо.
— И что вы во мне нашли такого забавного? — спросил я.
— Револьвер в вашей руке тот самый, что был у вас в комнате Симсона?
Я покачал головой:
— Я не убивал его, и вы это знаете.
— Ну конечно, — хмыкнул Хенсон. — Вы его не убивали. Это сделал я. Бедняга Симсон! Он признался бы во всем, но мы нашли его первыми. Он был так напуган после того, как шлепнули Ника Казароса. Вы не ответили, этот револьвер тот самый?
Я почувствовал, как у меня пересохло в горле. Мне вдруг показалось, что револьвер в моей руке несколько легче, чем обычно. Ну конечно же! Оглушив меня, Хенсон, кроме всего прочего, еще и разрядил мой револьвер. Я с таким же успехом мог держать в руке кусок железа. Я решил соврать:
— Вы ошибаетесь. Я его снова зарядил.
Мира сказала:
— Он врет. У него на это не было времени, поскольку ему все время нужно было убегать. Итак, вы теперь, наверно, пожалели, что отказались провести со мной ночь? — Она расхохоталась. — Если бы ты, Peг видел, как я голая бежала по коридору! Да, увидев дверь душевой, я обрадовалась, как никогда в жизни!
Я попытался потянуть время:
— Что вы рассказали полицейским, когда они появились?
— Я им сказала, будто вы признались в убийстве Симсона. Вы сделали это потому, что он не хотел признаваться, что усыпил Пат. Я сказала им, что вы хотели спрятаться в моей комнате, но я протестовала, и тогда вы стали меня избивать. — Рассмеявшись, она продолжила: — Впрочем, на случай, если вы успеете поведать им про краску для волос и будете утверждать, будто я выдавала себя за вашу жену, рассказывала я им это почти обнаженной. Они убедились, что я натуральная блондинка. Видели бы вы, как я не могла справиться с застежкой платья!