— Не могли бы вы уделить, нам несколько минут, если не заняты? Это очень важно.
— Разумеется, проходите. Будьте как дома.
Мы направились за ней в гостиную. Это была уютная, красивая комната, обставленная со вкусом и любовью к порядку. Мы с Уэнди опустились на кушетку, женщина села в кресло и улыбнулась.
— Мы... насчет вашего мужа,—начал я.
Возможно, прежде такой вопрос задел бы ее за живое. Теперь нет. Присутствия духа она не утратила, толь-, ко на лине ее появилось вопросительное выражение.
— Я — Джонни Макбрайд.
— Я знаю.
Мы с Уэнди ошеломленно уставились на нее.
— Неужели вы думаете, что я могла так основательно забыть ваше лицо? .
— Но тогда почему вы настолько спокойны?
— А в связи с чем я должна волноваться?
— Но все считают, будто я убил вашего мужа.
— А разве это действительно правда?
Черт возьми, да она смотрит на меня, словно мать на ребенка, притащившего из школы плохую оценку,
— Нет,— ответил я.
— Так чего же вы переживаете?
Это уж было слишком даже для меня.
— Я вас не.понимаю,— покачал я головой.
— Я тоже никогда не верила, что вы убили Бo6a,— проговорила она.
— Давайте все-таки разберемся, миссис Минноу,— пробормотал я.— Я сейчас как в тумане. Если, по-вашему, я к убийству непричастен, почему же вы не заявили об этом в полицию?
— Мистер Макбрайд, пока, я сделала для себя такой вывод, полиция уже приняла свое решение. Тем не менее, я сообщила об этом капитану Линдсею, но он не обратил на мои слова никакого внимания. Тогда я еще раз все обдумала, и теперь совершенно уверена, что не ошиблась. Более того, я вас ждала.
— Меня?
— Ну да, невиновный человек обязательно вернется, чтобы оправдаться.
— Благодарю вас. А как -же мои отпечатки на пистолете?
— Уж это ваша забота выяснить, как они туда попали, молодой человек. И она улыбнулась мудрой улыбкой женщины, немало повидавшей на своем веку.
— Великолепно. Но как же вы считаете меня неповинным, если эти отпечатки все-таки существуют?
Она чуть слышно вздохнула и откинулась на спинку кресла.
— Мы с Бобом были женаты много лет. Вам, наверное, неизвестно, что долгие годы он был одним из лучших полицейских Нью-Йорка. И районным прокурором, кстати, тоже неплохим. Боб никогда не интересовался мелкими деталями. Всегда докапывался до истинных мотивов преступления.— Она посмотрела мне прямо в глаза.— Мотивом его убийства была не месть.
— А что же?
— Точна сказать не могу.
— В ту ночь... Зачем он пошел в свою контору?
— Сперва мне придется кое-что объяснить. Однажды он рассказал мне, что к нему в контору явилась какая-то насмерть перепуганная девушка и вручила на- хранение письмо, которое попросила не вскрывать до ее смерти. Такие случаи бывали в его практике, и он не удивился. Однако, позабыв запереть письмо в служебный сейф, он принес его сюда и запер в сейфе домашнем, а потом и вовсе о нем не вспоминал.
Но как-то, уже через несколько месяцев, юн вернулся домой очень взволнованный и спросил, не знаю ли я, куда это письмо задевалось. В тот же вечер, когда я приносила чай в кабинет, он копался в сейфе, при мне: достал оттуда письмо, потом положил обратно.
Через два дня, время было уже позднее, ему позвони.; ли из Нью-Йорка. Он страшно разнервничался и несколько раз повторил в трубку слово «подтверждение». Потом поднялся наверх, и я услышала, как хлопнула дверца сейфа. Затем он опять спустился, надел пальто и шляпу и объяснил, что уходит часа на два. А когда вернулся, снова на несколько часов засел за бумаги. Среди ночи опять раздался телефонный звонок из конторы; Боб уехал, и больше я его не видела. Его убили.
— Кто же ему звонил?
— Полицейский по имени Таккер.
У меня непроизвольно сжались кулаки.
— Зачем?
— На имя Боба пришло заказное письмо. Таккер справлялся, принести ли его на дом, или Боб сам за ним придет. Муж решил пойти сам.
Проклятье! Проклятье! Проклятье! Я уже готов был возликовать, но опять все сорвалось! Подонок Таккер!
— Линдсей проверял это? — спросил я.
— Разумеется,— кивнула она.
—- А что случилось с письмом той девушки?
— Не знаю. Сейф наверху остался открытым, и письма я там не заметила. Капитан Линдсей показал мне все, что находилось в конторе у Боба. Правда, это был простой белый конверт, в общем, я не могла сказать ничего определенного.
— Вы считаете, что он погиб именно из-за него?
— В том числе. Для многих людей его. смерть стала счастливым исходом.
— Для Серво?