Сумерки все больше сгущались, и, когда внезапно зажглись фонари, все кругом стало выглядеть иначе.
Вскоре, Берт Клинг увидел дом, в котором жил Питер: сооруженный из кирпича и дерева, выкрашенный в белый цвет, он действительно возвышался среди низеньких построек. Бетонная дорожка вела к тоже белому га»-ражу, расположенному позади дома, Клинг снова проверил адрес, потом поднялся по ступеням к главному входу и нажал на пуговку звонка. Спустя короткое время послышался щелчок. Клинг толкнул дверь и очутился в маленьком холле. Тотчас же из другой двери появился Питер Белл с радостной улыбкой на лице.
— Пришел, Берт! Черт возьми, даже не знаю, как тебя благодарить.
Клинг кивнул в знак приветствия и тоже улыбнулся. Белл схватил его за руку.
— Входи же скорей.— И, понизив голос, добавил: — Дженни еще дома. Я представлю тебя как одного из моих друзей-фликов, посижу немного, а потом мы с Молли оставим рас вдвоем. Согласен?
— Согласен,— ответил Клинг.
Белл провел его в комнату. Здесь еще витали оставшиеся после обеда кухонные аппетитные запахи, и это только усилило реку Клинга. В доме царили удивительные теплота и уют, особенно приятные после уличной свежести.
— Молли! — позвал Белл.
Жилье, по наблюдению Клинга, было распланировано, как железнодорожный вагон, с анфиладой маленьких комнат: чтобы попасть в конец квартиры, приходилось их все .пересекать. Входная дверь вела в гостиную — крохотную комнатушку с диваном и двумя креслами, безусловно, купленными на распродаже дешевой мебели. Над .диваном висело зеркало. Телевизор стоял в одном углу, а окно занимало другой, над радиатором.
— Садись, Берт,— сказал Белл и снова позвал: — Молли!
— Иду,— ответил голос из глубины квартиры.
«Наверное, Молли на кухне»,— подумал Клинг.
— Она моет посуду,— пояснил Белл.— Сейчас придет. Садись же!
Клинг устроился в кресле, а Белл принялся кружить рядом, изображая радушного хозяина.
— Могу я тебе что-нибудь предложить? Пива? Сигару? Чего бы ты хотел?
— Меня как раз и подстрелили, когда выпил,— сказал. Клинг.
— Но здесь никто не будет в тебя стрелять. Давай-ка все же пива. Из холодильника.
— Нет, спасибо,— произнес Клинг,
Наконец вошла Молли с тряпкой в руках.
— Значит, вы и есть Берт?— спросила она.— Питер мне говорил о вас.
Она пылко пожала ему руку. Белл рассказывал, что его жена, несмотря на беременность, еще очень мила, но Клинг, сколько ни старался, не смог обнаружить в ней ничего привлекательного. Даже не принимая во внимание утолщение ее талии, Клинг охарактеризовал бы хозяйку как бесцветную блондинку с потухшим взором. Вокруг глаз у нее лежали морщины, а волосы беспорядочно падали на плечи. Улыбка тоже ее не украсила. Словом, Берт был обескуражен, ибо ожидал увидеть совсем другую Молли, и прекрасно понимал, что ей всего каких-то двадцать пять лет.
— Рад с вами познакомиться, миссис Белл,— проговорил Клинг.
— О! Пожалуйста, зовите меня просто Молли.
Такая сердечность не могла не вызывать симпатии.
И ему искренне стало жаль, что Молли уже утратила былую миловидность. Потом он вспомнил слова Берта о том, насколько сенсационна Дженни, и начал в них сомневаться.
— Все же я принесу пиво, Берт,— заявил Белл.
— Нет, правда не надо.
— Нет, надо,— отрезал Белл, отправляясь на кухню.
Едва он вышел, Молли заговорила:
— Я счастлива, что вам удалось прийти, Берт. Мне кажется, вы поможете Дженни своей беседой.
— Я, во всяком случае, попробую,— кивнул Клинг.— А где она?
— У себя в комнате,— ответила Молли, показывая головой в глубину дома.— Даже на ключ заперлась,— добавила она.— Понимаете, она ведет себя очень странно. Мне тоже было семнадцать, Берт, но я была не такой.
У этого ребенка неприятности, я просто уверена.
Клинг вздохнул.
Молли сидела, скрестив руки на коленях.
— Тогда я страшно любила развлекаться,— проговорила она с тоской в голосе.— Можете спросить об этом у Питера. Но Дженни... я ничего не понимаю. Девушка что-то скрывает. Скрывает, Берт,— повторила она, качая головой.— Я пытаюсь быть для нее матерью и сестрой одновременно, но она ничего не хочет объяснять. Между нами возникла стена, стена, которой раньше не было и которую я не могу проломить. Порою создается впечатление... что она меня ненавидит. Но почему? Я никогда не причиняла ей зла.
Молли глубоко вздохнула и замолчал!
— Знаете,— дипломатично заметил Клинг,— молодежь вообще трудно понять...
— Да, разумеется,— сказала Молли.— Я же сама совсем недавно была молодой... Ведь мне только двадцать четыре, Берт. Конечно, я выгляжу старше, но двое детей, которыми нужно заниматься, очень утомляют... А я еще и третьего жду. Короче, не всегда бывает радостно. О Дженни приходится думать постоянно. В общем, забот для одной женщины чересчур много. А свои семнадцать лет я прекрасно помню: у Дженни не возраст виноват, что-то ее угнетает, Берт. Я прочла массу книг про молодых людей, которые становятся гангстерами сами и вовлекают в банду других. И я боюсь. Боюсь, нет ли у нее скверных друзей, и не гуляет ли она с ребятами, которые занимаются плохими делами. По-моему, это не исключено. Но правды-то я не знаю. Может быть, вам удастся выяснить, что ее беспокоит.
— Я попытаюсь.
— Я буду вам так благодарна! Я просила Питера обратиться к частному детективу, но он заявил, что нашей семье это не по карману. Он, конечно, прав. Мы и так с трудом сводим концы с концами.— Она снова вздохнула.— Но больше всего меня тревожит Дженни. Если бы я только могла понять, что с ней произошло, ведь еще недавно она была совсем. другой, Берт. Все началось... не знаю... по-моему, меньше года назад. День ото дня она переставала быть прежней, день ото дня отдалялась.
Вернулся Белл с бутылкой пива и стаканом.
— Ты не пригубишь, дорогая? — спросил он у Молли.
— Нет, мне нужно остерегаться,— Она повернулась к Клингу.— Врач предупредил, что я слишком быстро набираю вес.
Белл наполнил стакан, протянул его Клингу и заметил:
— В бутылке еще осталось, она на столе будет.
— Благодарю,— произнес Клинг.—За будущего новорожденного!
— Спасибо,— улыбнулась Молли,
— Я не успеваю даже сказать «уф», как Молли делается беременной,— заявил Белл.
— Это фантастично.
— Что ты, Питер! — Молли по-прежнему улыбалась.
— Тебе немного прояснили ситуацию с Дженни? — спросил Белл.
— Да,— ответил Клинг.
— Я ее скоро приведу.— Он взглянул на часы.— Мне пора выезжать, заодно довезу Молли до кинотеатра: Так что вы сможете спокойно поговорить до прихода няни.
— Ты часто работаешь по ночам? — спросил Клинг, лишь бы что-то сказать.
— Три-четыре раза в неделю, в зависимости от дневного заработка. Такси-то мое, и я сам себе хозяин.