— Это правильно,— заметил- Клинг.
Он отпил пива. Оно было не таким свежим, как обещал Белл. И Клинг, окончательно засомневавшись в его искренности, приготовился в Дженни разочароваться.
— В общем, я отправляюсь за ней,— заявил Белл.
Клинг кивнул. Молли вся напряглась, сидя на краешке дивана. Белл, выйдя из комнаты, прошел в глубь квартиры, и Клинг услышал, как он стучит в дверь:
-- Дженни! Дженни!
Приглушенный голос ответил ему что-то неразборчивое, и Белл продолжил:
— Тут один мой друг пришел, хочу тебя с ним познакомить. Замечательный парень... Так что ждем!
Опять послышалось какое-то бормотание, потом звук отодвигаемого засова, и голос молодой девушки спросил:
— Кто это?
— Мой приятель,— ответил Белл,— давай, Дженни, выходи.
Шаги стали приближаться. Клинг припал к своему стакану, а когда поднял голову, Белл стоял уже на пороге, и не один... На этот раз Клинг должен был признать, что Питер не преувеличивал.
Девушка была немного выше Молли. Необыкновенный цвет ее коротко остриженных волос, подобных спелой ржи, никто бы не взялся описать словами. Овальное личико с превосходной кожей, маленьким прямым носиком и большими ярко-голубыми глазами было прекрасно. Красиво очерченные губы не улыбались.
Дженни была в черной прямой юбке и голубом джемпере с короткими рукавами. Девушка казалась тонкой, но прекрасно сложенной, с округлыми бедрами, высокой грудью и длинными точеными ножками.
По сути, она уже была настоящей женщиной, и женщиной восхитительной.
Питер Белл не солгал: его невестка выглядела потрясающе.
— Дженни, я представляю тебе Берта Клинга. Берт, вот моя невестка Дженни Пег.
Клинг встал.
— Очень рад,— сказал он.
— Добрый вечер,— проговорила Дженни, не двинувшись с места.
— Берт работает в полиции,— продолжал Белл.— Может, ты слышала о нем? В него недавно стреляли в одном из баров.
— При выходе из бара,— уточнил Клинг.
— Да, правильно,— согласился Берт.— Послушай, моя милая, твоя сестра и я должны сейчас уехать, а Берт только что пришел... В общем, не могла бы ты составить ему компанию до прибытия няни?.. Согласна?
— А куда вы идете? — поинтересовалась Дженни, глядя в, сторону.
— Мне нужно немного подзаработать на своем такси, а Молли отправляется в кино.
— Ну ладно,— буркнула Дженни, глядя с подозрением на Клинга.
— Итак, мы вас оставляем? — спросил Белл.
— Согласна,— ответила Дженни.
— Пойду сниму передник и причешусь,— сказала Молли.
Клинг проследил за ней взглядом. Он уловил определенное сходство между сестрами, и теперь начинал верить, что Молли в свое время тоже была очень красивой, но замужество, материнство и заботы о хозяйстве ее здорово изменили.
— Прекрасный вечер,— проговорил^ Клинг.
— А, да? — пробормотала Дженни.
— Да.
— Молли! Поторопись! — закричал Белл.
— Иду,— ответила Молли из ванной.
— Очень тепло для этого времени года,— продолжал Клинг.
Дженни молчала.
Через несколько секунд появилась Молли, причесанная, с подкрашенными губами. Уже надевая пальто, она сказала:
— Если пойдешь гулять, не возвращайся поздно, Дженни.
— Не беспокойся,— ответила сестра.
— Ну, значит, до свидания. Я была очень рада с вами познакомиться, Берт. Приходите еще, обещаете?
— Обещаю.
Белл остановился, взявшись за дверную ручку.
— Поручаю тебе Дженни, Берт. Всего хорошего.
Супруги вышли. Клинг услыхал, как хлопнула входная дверь, и в комнате воцарилась мертвая тишина. Снаружи донесся шум отъезжающего такси Белла.
— Кому пришла в голову такая мысль? — спросила Дженни.
— Не понимаю, о чем вы? — сказал Клинг.
— О вашем посещении. Это ее затея?
— Да нет. Питер — мой старый товарищ.
— Кроме шуток?
— Конечно.'
— А сколько вам лет?— продолжала она.
— Двадцать четыре года,— ответил Клинг.
— Наверное, она мечтает что-то сообразить относительно нас двоих?
— Как это?
— Я говорю о Молли. Какие у нее планы?
— Никак не уловлю хода вашей мысли.
Дженни спокойно смотрела на него своими очень голубыми глазами. Он же не переставал поражаться ее красоте.
— Но вы же не такой идиот, каким хотите выглядеть? — бросила она.
— Жаль, если я произвожу подобное впечатление,— вздохнул Клинг.
— Тогда отвечайте: рассчитывает Молли на что-то между нами или. нет?
— Нет,— улыбнулся Клинг,— вряд ли.
— О! Вы ее не знаете, она на все способна,— сказала Дженни.
— Можно подумать, что вы недолюбливаете свою сестру.
Дженни внезапно насторожилась и медленно произнесла:
— Она очень хорошая женщина.
— Но?
— Нет никакого «но». Я ничего против нее не имею.
— Тогда почему так о ней говорите?
— Да потому, что Питеру никогда бы не пришла в голову мысль пригласить флика. Значит, это она,
— Здесь я его друг, а не полицейский.
— Да бросьте! — воскликнула Дженни.— Пейте лучше свое пиво. Как только няня появится, я немедленно уйду.
— У вас назначено свидание? — небрежно спросил j Клинг.
— А вам интересно?
— Да.
— Так вот, это вас не касается.
— Кажется, меня поставили на место.
— Именно,— заметила Дженни.
— Вам можно дать больше семнадцати.
Дженни прикусила губу.
— А мне и есть больше, мистер Клинг,— произнесла она,— гораздо больше.
— Берт,— поправил он ее.— Но что это с вами, Дженни? Вы еще ни разу не улыбнулись.
— Со мной ничего.
— Неприятности в школе?
— Нет.
— Какие-нибудь неполадки в личном плане?
Она заколебалась.
— Странные вопросы вы задаете.
— Ах, ах! — притворно вздохнул Клинг.— Ну конечно, это ссора между влюбленными, что еще может огорчать в семнадцать лет?
— У меня нет возлюбленного.
— Вот как? В чем же тогда дело? Вы любите парня, который предпочитает другую?
— Достаточно!—закричала Дженни,— Это вас не касается. Вы не имеете права вмешиваться в мою жизнь.
— Простите,— сказал Клинг,— я только пытался выразить вам свою симпатию. Вы уверены, что у вас нет неприятностей?
— Никаких.
— А я не уверен
— Говорю же, нет. А даже если бы и были, я бы не стала докладывать о них флику.
— Я друг, не забывайте.
— Друг... вот как!
— Вы исключительная красавица, Дженни.
— Постоянно это слышу.
— Частенько молодые девушки знакомятся с людьми недостойными... Красивые девушки...
— ...Ну и так далее.,— докончила Дженни— Я ни с кем не связана, представьте себе. Чувствую себя очень хорошо. Мне семнадцать лет, и здорова и весела. Оставьте меня в покое.
— Вы встречаетесь с какими-нибудь ребятами?
— Бывает.
— А романа с определенным человеком не завели?