— Скиппи Рандольф. Это его настоящее имя?
— Рандольф — да, а про Скиппи ничего не знаю.
— Но вы действительно убеждены, что он пойдет играть?
— Не ломайте себе голову,—- сказал Доннер.
— Прекрасно, я вам позвоню.
Виллис повесил трубку, немного подумал и набрал номер службы юридической идентификации, которая находилась в центральном комиссариате на Хит-стрит.
Она работала круглосуточно и располагала досье всех известных преступников. Там были собраны отпечатки, пальцев преступников осужденных и разыскиваемых, подозреваемых и выпущенных на волю, известных игроков, ночных грабителей и тому подобных типов. Архив содержал более двадцати пяти тысяч фотографий самых различных злоумышленников и непрерывно пополнялся новыми и новыми досье. Невзирая на огромное количество дел, просьба Виллиса была удовлетворена уже через час. Ему принесли толстый конверт. Для начала Виллис достал оттуда отпечатки пальцев Рандольфа и быстро осмотрел их. Поскольку Виллису они ничего не сказали, он вытащил из конверта другой листок:
«Служба юридической идентификации
Имя: Санфорд, Ричард Рандольф.
Номер карточки в картотеке: М-381904.
Кличка: Скиппа, Скип, Скиппер, Скупперс.
Год рождения: 1918, 12 января.
Место рождения: Чикаго (Иллинойс).
Возраст: 31 год.
Рост: 175 см.
Вес: 74 кг..
Волосы: темные.
Глаза: голубые.
Цвет кожи: светлый.
Профессия: шофер грузовика.
Особые приметы: шрам от ножевой раны на левом виске длиной в полтора сантиметра. Татуировка на правом бицепсе: слова «Моя мать» внутри изображения сердца. Татуировка на правом запястье: якорь. Татуировка на левой руке: эмблема морских стрелков и слова «Семпер Фиделис». Шрам от пулевого ранения на левой ноге
Задержан: инспектором 2-го участка Питером Лаббисом. Матрикул: 37-1046-1949.
Дата ареста: 15 сентября 1949 г;
Место ареста: Семьдесят четвертая Южная улица, Изола.
Мотив: нападение с целью грабежа.
Объяснение в рапорте: Рандольф ударом оглушил пятидесятитрехлетнего -прохожего, чтобы забрать у него бумажник. Инспектор Лаббис, дежуривший на участке, захватил его в тот момент, когда он прижал свою жертву к стене дома.
Предыдущие задержания: неизвестны.
Суд состоялся: 16 сентября 1949 г.
Предъявлено обвинение: нападение с целью грабежа, статья 242 уголовного кодекса.
Приговорен: год тюрьмы в Вейли».
Виллис просмотрел оставшиеся документы. В. специальной справке говорилось, -что Рандольфа освободили из Вейли за хорошее поведение через восемь месяцев — второго мая 1950 года. Он попросил инспектора отправить, его в свой родной Чикаго, куда по глупости не вернулся после демобилизации из морского флота. Его просьбу удовлетворили. И пока бывший заключенный вроде бы жил честно.
Потом Виллис обнаружил копию послужного списка Рандольфа. Призвали его в двадцать четыре года. В чине капрала он участвовал в высадке на Окинаву, был ранен в ногу, лежал в госпитале, потом его демобилизовали в Сан-Франциско.
Четыре года спустя Рандольф напал на прохожего.
И теперь, если верить Доннеру, он приехал сюда и принялся за старое.
Взглянув на часы; Виллис набрал телефон Доннера.
— Алло?..— буркнул тот.
— В отношении, сегодняшнего вечера,— произнес Видлис,— я согласен.
Оказалось, что при каждой встрече игроки меняют места. В этот четверг они выбрали склад неподалеку от Национальной улицы. Чтобы выглядеть подходящим образом, Виллис надел шерстяную рубашку с лошадиными головами на груди и спортивную куртку. А вот Доннера он узнал с трудом. Его жирное колыхающееся тело, недавно истекавшее потом в турецкой бане, приобрело весьма импозантный вид в темном костюме. Доннер по-прежнему был огромен — огромен, но уже респектабелен. Они обменялись рукопожатием, во время которого из одной ладони в другую переместились десять долларов, и зашагали к складу.
В дверях стоял мужчина с изрытым оспой лицом. Он узнал Доннера, но, пока тот не представил ему Виллиса, пускать их не хотел.
— Это Виллис Гаррис, мой старый приятель,— заявил Доннер.
И сторож поплелся показывать дорогу. Склад находился в подвале и освещался единственной лампочкой, подвешенной к потолку. Игроки собрались как раз под ней. Остальное помещение было погружено в полутьму. В ней смутно различались очертания холодильников и плит.
— Сторож в курсе, флик, дежурящий на участке, тоже,— пояснил Доннер.— Никто нас здесь не побеспокоит.
Их каблуки громко стучали по цементному полу.
— Рандольф вон тот, в зеленой куртке,— сказал Доннер.— Желаете, чтобы я вас познакомил или сами справитесь?
— Предпочитаю сам,— ответил Виллис.— Я бы не хотел вас компрометировать, если все сорвется. Вы мне здорово помогли.
— Зло уже совершилось,— бросил Доннер.— Разве я не привел вас сюда?
— Согласен, но они могут посчитать меня таким дошлым фликом, который и вас обманул.
— Идет,— сказал Доннер и быстро добавил, словно боялся, что ему помешают: — К тому же вы и вправду дошлый.
Если Виллис и был удивлен этими словами, то виду не показал. Они приблизились к столу, покрытому скатертью. Доннер смешался с толпой наблюдающих, а Виллис прошел в другую сторону, пОближе к Рандольфу. Маленький человек в свитере кидал кости.
— Сколько он сейчас должен выбросить? — спросил Виллис у Рандольфа.
Рандольф, взглянул на него. Это был довольно высокий человек, с темными волосами и голубыми глазами. Шрам на виске делал его в общем приятное лицо каким-то зловещим.
— Шесть,— ответил он..
— А ему сегодня, везет?
— Так себе,— буркнул Рандольф.
Человек в свитере подобрал кости и снова бросил.
— Ну, шестерки, выходите! — произнес чей-то голос.
— Не искушай судьбу,— вмешался другой.
Виллис осмотрел сборище: считая Доннера и его, их было семеро. Кости остановились.
— Шесть,— объявил человек в свитере.
Потом сгреб со стола деньги, оставив лишь двадцать долларов, поднял кости и провозгласил:
— Пари на двадцать пять долларов.
— Я иду,— заторопился высокий детина с задушенным голосом.
— Выбрасываю семь,— сказал свитер.
Виллис наблюдал за ним. Кости покатились.
— Всего четыре (на каждой по два очка),— констатировал свитер.
— Два против одного, что четыре больше не выйдет,— -произнес Виллис, выкладывая десятьдолларов.
Человек с другой стороны закричал:
— Согласен.— И протянул, пять. Свитер бросил кости.
— Вы рискуете,— шепнул Рандольф Виллису.
— Но вы же сами сказали, что ему сегодня не везет.
— Это поначалу. Теперь у него игра уже пошла. Вот, смотрите.
У свитера выпало шесть и пять. Игрок по другую сторону стола обратился к Виллису: