—Макс, где блондинка с которой ты обжимался,—друг удивленно поднял на меня глаза.
—Ты про кого?—не понял. Или сделал вид, что не понял.
—Славка сказал, что ты блондинку по углам зажимал. Куда она делась? Срочно нужна.
—Не дают, решил уже пользованное трахнуть,—Никита ухмыльнулся.
Клянусь, рано или поздно этот парень получит по роже. Напрашивается реально. Да и сейчас бы с удовольствием двинул, но были дела поважнее.
—Кит, захлопни хлеборезку,—зло рыкнул Макс.
Видимо, даже всегда веселого друга заколебал товарищ по команде, раз сейчас молнии из глаз метает.
Никита глянул на нас, и скривился. Типо, напугали ежа глум задом. Но заткнулся.
Продолжать разговор при нем не хотел. Без его ядовитых комментариев проживу. А он точно нет. Много разговаривать для здоровья вредно.
Хотя внутри все кипело, я молча сел.
—Кит, видишь близняшек у бара?—спросил Влад.
—Ну.
—Кто уломает одну из них вторым, оплачивает остальным выпивку—Посмотрим,—хмыкнул парень и быстро потащился на танцпол.
Влад отправился за ним, напоследок пожав плечами, будто говоря: сделал все, что мог.
За это ему огромное спасибо. Влад может быть бесчувственным бревном, полным пофигистом, но друг он надежный.
Когда двое удалились, проверять у кого обаяние сильнее, я рассказал другу о незнакомке в серебряной маске. О поцелуе и бегстве.
—Друг ты, кажется серьезно болен. Уже вторая девушка сводит тебя с ума одним лишь поцелуем. Может хватит оправдываться,—я удивлено поднял глаза. Что он хочет услышать о меня, если я сам начертала не понимаю,—признай, что девушки не причём, а ты просто чокнулся.
Этот идиот заржал. Дать бы подзатыльник, чтобы чушь не порол. Но я уже эту версию не исключаю. Она бы хоть что-то объяснила.
—Кто из них хоть целуется лучше?—друг стал на один на один шаг ближе к тяжким телесным. Я ещё на Кита гнал.
Но внезапно от такого вопроса на несколько секунд завис. Я настолько сосредоточился на желании, вызванном каждым из поцелуев, что не подумал сравнить их. Да и за чем. Первый был сиюминутным порывом. Его не должно было случиться. Раз за разом прокручивая в голове этот момент, ругал себя последними словами. Красотка была так напугана и потрясена произошедшим, что у неё не осталось сил на сопротивление. Она поддалась, немного неловко и робко, но чего ждать от девушки, которая едва успокоилась после истерики.
Хорошо, что успел вовремя. Чувствую себя последним гадом, который воспользовался чужой беспомощностью, но сдержаться тогда не смог. Кажется, Ева думала так же, иначе с чего бы избегала меня несколько дней. Но хотел бы, чтобы этого поцелуя просто не было? Нет. Более того, хотел повторить. Только, ясное дело, уже при других обстоятельствах. Поцелуй с острой на язык, иногда холодной как сосулька, девушкой, которая раз за разом обламывала любые попытки сближения.
Второй был совершенно иным. Среди одинаково паянных и пытающихся оттягуться студентов. Под грохот музыки. В тусклом свете разноцветных бликов, метающихся по залу. И тут, посреди этой ставшей пресной обстановке, вручается девушка в серебряной маске. Целует напористо и отчаянно, будто знает меня тысячу лет и столько же не видела. Она цепляется будто последнее ее желание—отстраняться. Разрывать контакт хочу не больше ее. Только за. Продолжить и зайти гораздо дальше поцелуев. Но незнакомка так же внезапно исчезает, забрав с собой остатки моего мозга и оставив с болезненно упирающимся в джинсы желанием.
Но, черт возьми, они оба были совершенно разными и до безумия похожими. Как девушки стонали, когда мой язык проникал в их рты. Как крепко девичьи пальчики цеплялись за мою шею. Вздохи, сорвавшиеся с губ каждой, когда сладкая пытка была завершена. И, главное, то самое желание, на котором я зациклился изначально.
Твою мать.
Ударил кулаком в стену. Честное слово, я такими темпами разгромлю клуб, и Славка меня пустит на колбаски для мясной нарезки.
Идея была безумной. Что если я целовался ни с двумя разными девушками, а с одной? Тогда я вообще не понимаю женскую логику. То жестко отшивает, то сама кидается на шею. Может она просто перепила? Хотя, нет. Вкус джина ощущался, но движения были уверенными и на высоких каблуках она стояла, не шатаясь. Что тогда на неё нашло?
Так, стоп. Я даже не уверен в том, была ли незнакомка в серебряной маске Евой. Не могу же подойти к ней и прямо спросить:
—Эй, не с тобой я целовался вчера в клубе?
Отгребу точно. Либо пощёчину. Либо едкое «рада за твоих поклонниц, не дающих заскучать, но я в фан-клуб не вступала». Мы только снова начали нормально обращаться. Все испортить точно не хочу.