—Алло.
—Красотка, надеюсь ты уже дома, а не осталась на улице мечтательно пялится мне вслед.
Насмешливый тон отрезвил довольно быстро.
—Рогов, ты страх потерял?—рявкнула в трубку,—Ищи быстро, он должен быть у тебя, когда я буду тебе руки отрывать.
Рогову об этом знать необязательно, но я пока не решила, от чего принца парнокопытных избавлю в первую очередь. Язык не меньше рук напрашивается.
—Что-то недовольства я не заметил.
—Рогов…—предупредительно зарычала.
Договорить мне не дали.
—Классное кстати платьице.
Чего?!
Я недоуменно оглядела себя. Память не подводит. Нет на мне никакого платья. Ноги утром от клубных каблуков, ну или от забегов на них, отваливались, пришлось надевать ботинки на плоском ходу, а к ним соответственно джинсы.
Если у меня с головой все в порядке( надолго ли—это другой вопрос), значит, верен второй вариант. У принца глюки. Интересно, платье бальное с корсетом или современное?
Пока я размышляла, чей номер отправить парню—нарколога или психиатра—он только больше веселился. Но добила меня следующая фраза:
—Тебе голубой идёт, носи почаще.
И отключился, гад. Вот кто так делает?! Зато я немного отмерла. Глаз начал дергаться.
Ясное дело, какое именно голубое платье имел ввиду Рогов. Зато теперь все выстраивалось в логичную цепочку из странного поведения, внезапного поцелую и ни разу не прозрачного намёка. Одно неясно. Как он догадался? Можно, конечно, не исключать версию с необходимостью скорой медицинской помощи. Но так я обману только себя.
Попробовала набрать Рогова, но номер оказался недоступен.
Вот такая месть получилась. И главное ведь, ничего не могу предъявить. Меня, не спрашивая разрешения, самы наглым образом поцеловали? Да. Имею ли я право после такого свернуть принцу парнокопытных рога в узел? Естественно. Но имею ли право сделать это после того, как сама сделала то же самое? К сожалению, нет.
Попробовала набрать снова. Результат тот же.
В голове мигом образовались два плана.
Первый. Более действенный, но и более трудный. Сбежать в другую страну. Например, в Канаду. Ближе он меня достанет и сживет со свету.
Второй полегче. Честно, так и тянет его осуществить. Просто уйти в запой, утащив с собой подруг. Так. За компанию.
Принц, черт бы тебя побрал, я так сопьюсь.
—Срочный сбор,—крикнула едва переступив порог.
Долго искать соседок не пришлось. Оля сварила борщ—единственное, получающиеся у неё блюдо—и они с Дашков, накрывали на стол.
Аромат стоял ужасно аппетитный, но Рогов этот самый аппетит мне напрочь отбил.
—Нам точно надо вызвать экстрасенса,—заявила, беря из козинаки кусочек бородинского.
Подруги молча ждали продолжения.
—Со стопроцентной уверенностью заявляю. Меня сглазили.
Жевать и говорить было плохой идей. Хлеб пошёл не в то горло. Что за день?!
Откашлявшись с подозрением покосилась на Дашу с Олей
—Не ваших рук дело, ведьмочки мои?
—Конечно, наше! Попробуй борщ. Так лягушачьи лапки и слюна лесного тролля.
Оля, готовившая сей шедевр и явно не добавлявшая экзотические ингредиенты, принялась копаться ложкой в тарелке.
—Древний шаманский рецепт, забирающий молодость и красоту,—уверенно заявила Васнецова,—а думаешь, почему я всегда так прекрасна и неотразима.
Мне иногда кажется, что молодость и красоту у меня забирает не волшебная стряпня, а разрушающиеся нервные клетки.
—Да оставь ты несчастный борщ! Я шучу!—бросила Даша Макаровой,——А ты рассказывай, куда влезла на этот раз.
Одна я эту кашу не расхлебаю. Тем более, кто мне обещал быть надежным тылом? Так что пусть слушают, как я облажалась. Не впервой.
—Поцеловать его в отместку казалось прекрасной идеей только после двух джин-тоников. Если вчера сокрушалась, что на мне была маска, то сегодня радовалась этому. Чем дальше захожу, тем сильнее путаюсь. Понятия не имею, к чему все идет.
—Зато он теперь точно ломает голову над тем, какие тараканы живут у тебя в головушке.
—Просто понимаете,—я попыталась объяснить то, что творилось у меня внутри. Может, когда я произнесу это вслух, смогу сама понять,—когда я вижу, как при его упоминании кроет Леську, хочется принцу парнокопытных ад на земле устроить. Она ведь наивная, верит в любовь и сказочных принцев. А этим нагло пользуются. Будто телефонные мошенники у пенсионерки всю пенсию выманили до копейки. Как подумаю, так сразу настрой идти напролом. Но, когда доходит до дела, в последний момент правильно ли делаю. Хочет все бросить. Чувствую себя последней сволочью, ведь получается, что встречаюсь с парнем подруги за ее спиной, она ведь даже сегодня ничего не заподозрила. На следующий день опять встречаю разбитую Лесю—она не по кому так долго не убивалась— и опять все по новой. Она ведь не может за себя постоять.