Выбрать главу

Вова приметил странный темный силуэт – кто-то наблюдал за ним с близкого расстояния. Недолго думая, он бросился в кусты. Незнакомец попытался телепортироваться, но мужчина успел перехватить его за руку. Мрак съежился, и Володя увидел девушку, настолько молодую, что он принял ее за подростка. Черная одежда напомнила ему готическую субкультуру – таких ему приходилось видеть по телевизору. Полумаска на лице – Владимир носил нечто подобное в целях защиты, – темный капюшон, кожаная куртка, украшенная шипами, на спине которой был рисунок с черепами. Длинные брюки, ботинки со шнуровкой. Типичный подросток.

Владимир резким движением сорвал маску с ее лица. Глубокие голубые глаза. Небольшой нос, розовые губы – милое личико девочки. Маленькие щеки. Тонкие брови. А во взгляде – презрение и ненависть.

Мужчина был поражен до глубины души.

Что делает ребенок в Чернобыльской зоне отчуждения? Кто пустил его?!

– Отпусти меня! – воскликнула несчастная, морщась и пытаясь вырваться.

Володя расцепил пальцы и выпустил руку незнакомки.

Девочка растирала больное место и мрачно на него посматривала.

– Че надо? – плаксиво заявила девчонка.

– Что ты здесь делаешь, ребенок?

– Я не ребенок, – буркнула незнакомка. – Мне девятнадцать лет, между прочим!

Владимир нервно рассмеялся:

– Да ты что? И что же ты здесь делаешь?

Девчонка сжала кулаки:

– Какое тебе дело?

– А такое, что ты находишься нелегально на территории зоны отчуждения!

Незнакомка громко рассмеялась.

– И что ты сделаешь? Выгонишь меня?

– Отведу на ближайший КПП. Они отправят тебя домой. Будут разбираться, как в город попала маленькая девочка.

– Слышь ты, чудила, меня задолбали твои нравоучения! Ты с дуба рухнул или че?! Я же ясно тебе сказала, мне девятнадцать лет!

Владимир от такой дерзости слегка прифигел. Он был намного старше девчонки – недавно ему стукнуло сорок два года. Незнакомка вела себя по-хамски. Вежливости она явно была не обучена. От гнева у нее раскраснелись щеки – и это придавало ее милому личику особый шарм.

Красивое, но совершенно невоспитанное, создание.

– Интересно, где тебя такую воспитали? Ты же девушка. Не стыдно так выражаться? – ехидно произнес Вова.

– Не учи ученого, дядя, – фыркнула девица. – Нашелся мне тут… – Она одарила его гневным взглядом.

Пауза.

– Послушай, я в любом случае тебя тут не оставлю. В этом месте небезопасно. Я отведу тебя на станцию, а после поговорим.

Владимир взял девушку за руку.

– Эй, отпусти! – воскликнула она.

Но потом смирилась – другого выбора не было.

Мост они прошли в полном молчании.

Девочка дулась на незадачливого мужчину.

Вова бросал на нее любопытствующие взгляды. Первым делом нужно узнать, как она сюда попала. Потом решить вопрос, что с этим делать.

Володя отпустил девчонку. Та смирилась со своим положением. Крутила головой, рассматривая лесные пейзажи.

Осенняя природа впечатляла. Все вокруг такое золотисто-желтое, словно лучи летнего солнца.

Еще немного, и это место накроет первым снегом.

Мужчина снова бросил взгляд на попутчицу.

Девушка смотрела себе под ноги, не поднимая глаз.

– Тебя как звать-то?

– Настя.

– Владимир. Можно Вова.

– Я учту, – слух больно резанул саркастический тон.

На станции их уже ждали.

Строители выстроились в ряд, едва заметив начальника, ведущего за руку невысокую девушку.

Работники в унисон заговорили.

Настя привлекла их внимание.

– Неужели это она заставила работать чертово колесо?..

Владимир озадаченно посмотрел на девушку.

– Да хрен ее знает, может и она, лично я этого не видел. Слава! – внезапно заорал он. Мужчина в белом защитном костюме, измеряющий радиационный фон, обернулся. Вова помахал ему рукой, призывая его. – Послушай, тут нелепый случай произошел, охранники на “Дитятках” видимо проглядели нашу гостью, сходи к ним, поспрашай, а потом нам все расскажешь. – Володя обернулся к девушке и спросил у нее: – Фамилия-то у тебя есть?

Настя невинно захлопала ресницами.

– Я не знаю своей фамилии, – заявила она.

Строители громко рассмеялись.

– Думаю, и так все понятно, на КПП тебя не видели. – Владимир посмотрел на девушку.

Та снова опустила глаза.

Перед мужчиной встал сложный выбор: либо сдать Настю работникам КПП, либо скрыть данное преступление.