– Мне плевать. Главное вовремя смотаться, а дальше как ситуация покажет. И с чего это вдруг ты начала мне помогать? Между нами нет никаких отношений.
– Дура. Я оберегаю станцию от таких как ты и эти фашисты. Но зачем ты им-то понадобилась? Ты же вроде простая баба, только голая… .
– Может, стоит на них напасть?
– Разуй глаза. У них автоматы.
– Мне не страшны никакие автоматы.
– Окей. Тогда я буду прикрываться тобой как щитом.
– Идет.
Мы едва слышно покинули укрытие.
Паника медленно нарастала. Перепуганные работники не понимали, что от них хотят. Среди немецких солдат я увидела парочку людей из местной национальной гвардии. Зачем они-то помогают фашистам? Они же наверняка подозревают, что те при удобном случае сразу же предадут их.
Я мысленно выругалась. Вся эта ситуация из-за меня. И мне же нужно это как-то разрешить.
– Ты чего зависла? Идем! – шикнула на меня Роди.
– Подожди. Нужно понять, каким способом эти парни будут тебя ловить. Ты владеешь какими-то сверхспособностями. Они же об этом не знают!
– Я не хочу сидеть и гадать на кофейной гуще, – рассердилась девушка. – Я пришла сюда, чтобы отдохнуть, а тут такая хрень происходит!
– Тогда объясни мне, зачем ты нужна фашистам.
– Слушай, ты не хочешь заткнуться, а? Я могу убежать, а разбираться придется тебе! Все, что я могу сделать, создать небольшую волну, чтобы навести панику…
– Тихо! – прикрикнула я.
Роди проследила за моим взглядом. Рядом стоящие фашист и солдат из нацгвардии спорили между собою. Последнему было очень хреново. Он вертел дозиметр во все стороны, пытаясь найти причину своего недомогания.
– Хрень это, а не дозиметр, – недовольно шипел он. – Показывает запредельную дозу, а я никого не вижу! Я сейчас просто сдохну!..
– Прекрати ныть! – с сильным акцентом прикрикнул на него фашист. – Не нравится дозиметр, смени. У Геббельса их куча.
“Геббельс?..”
Этот человек до сих пор снится в моих кошмарах. Володя о нем не знал, и слава богу. Кто знает, как он может отреагировать, если узнает о моих отношениях с все еще живым фашистом.
Я отбросила мрачные мысли и двинулась следом за нацгвардейцем, что время от времени прикладывал ко лбу мокрую тряпку. Подкралась к солдату, больно оглушила его, оттащила тело в укрытие и забрала заряженный автомат. Перезарядила его, проверила, полный ли магазин, и юркнула обратно, побаиваясь, как бы меня не заметили. Снова выглянула из-за укрытия и нацелилась на фашиста.
Плохо, что здесь нет моего главного обидчика. На этого козла я бы не пожалела патронов.
Четкий звук выстрела навел панику на врагов. Они в суматохе принялись стрелять куда придется.
– Ищите девчонку! Она должна достаться нам, прежде чем другие заберут ее себе! Живо, живо!
– И что нам делать? – поинтересовалась Роди.
– Нападать. Прямо сейчас!
Мы выбежали из-за укрытия и вырубили сразу двух фашистов.
Национальные гвардейцы перепугались не на шутку.
– Мы нашли черномазую! Ловите ее, пока она снова не сбежала!
Я подбежала и вырубила одного из фашистов.
На крики своего приятеля понабежали другие противники.
Роди неплохо дралась с национальными гвардейцами.
Недалеко от места битвы я увидела неплохо дерущуюся Бестию, которая, несмотря на страх, прибежала нас защищать. К борьбе присоединились и работники станции. Мужчины в белых униформах несли лопаты и грабли.
Я растерялась. Помощники здесь, а где же главнокомандующий этой шайки?
Геббельс стоял вдалеке от станции и коварно улыбался. При виде меня он недовольно хмыкнул и растворился в воздухе, словно галлюцинация.
Роди громко свистнула, привлекая внимание врагов. Солдаты обеих сторон вмиг обернулись и увидели ее. Когда солдаты ринулись вперед, чтобы поймать свою добычу, Роди резко сорвалась с места и прямиком побежала в лес, что находился недалеко от станции. Среди черноты мужчины исчезли подобно миражу и больше не вернулись.
Наверняка Роди разобралась с ними как следует.
Но и она тоже не вернулась.
31 декабря 2018 года
Несмотря на покинутость этих мест, новогодний праздник пришел и в эти места. Работники станции украсили заброшенные здания красивыми разноцветными гирляндами. При свете луны это смотрелось очень красиво, словно город никогда и не умирал.
Наступило долгожданное затишье.
Праздник обещал пройти весело и с пользой.
Почти каждый час приезжали автобусы, забирая домой уставших мужчин и женщин. Станция постепенно пустела. Мне объяснили, что на праздники останутся только два-три работника и три охранника, на всякий случай.