Мельник достал из бардачка шприц, закатал рукав на косоворотке, с силой сжал кулак и ввёл содержимое цилиндра себе в вену.
— Поспешите, — поторопил он. — Могу помочь, если не умеете.
— Я врач, — сказал Калеб. — Справимся.
— Иногда мне кажется, — продолжал Мельник, — что слова придуманы лишь затем, чтобы защищать своё собственное безумие.
Нике было непонятно, восхищается Мельник Назарио или, напротив, пытается внутренне с ним поспорить.
После инъекции голова немного закружилась и закололо в пятках. Мельник посмотрел на свои часы. 22:01. Он завёл мотор и, не включая фар, заехал во двор дома. В большой зале, где они побывали днём, горел тусклый свет. Не было заметно никакого движения.
— Пошли, Калеб, — сказал Мельник и вышел из машины. — Ника, жди нас здесь. Мы быстро, не волнуйся.
Сердце Ники билось, отдаваясь в животе тревожными и одновременно сладкими нотами. Всё случившееся сегодня было таким странным. И эта наступившая ночь. Она давно не видела ночи. Воздух стал довольно прохладным, огромное пятно тусклого света посередине неба делало всё вокруг сказочно–мрачным.
Мужчины и правда долго не задержались в доме. Ника видела, как они вынесли мёртвое тело Назарио и аккуратно уложили его в кузов. На секунду в окне, со стороны веранды, показался силуэт женщины в чёрном. Она, словно заметив, что Ника на неё смотрит, быстро задёрнула занавеску и отошла в глубину комнаты. Свет в доме погас. Негромко рыкнул мотор, «Ниссан» медленно покатился обратно в сторону склада.
— Наша патрульная группа, — неожиданно нарушил молчание Мельник, — работала здесь с самого начала, когда тут не было ещё ни одного «обречённого». Химик тоже из нашей группы. Первый портал на землю был для нас вроде первого космического корабля. Мощь разума, победа инженерной мысли. Наш единственный билет обратно, домой. Задача состояла в том, чтобы вернувшиеся не могли помнить о том, что с ними было в Петле. Не знаю какому извращенцу могла придти в голову эта мысль. Ну, мы всё сделали как полагается. Первые добровольцы — пять человек — испытали переход на себе. И тут возникла проблемка. Двое из ни не смогли вспомнить не только события Петли, но и свои собственные имена. Так–то. Полная амнезия. Личность стиралась, оставались только навыки… ну, там… писать, читать, говорить…
Они подъехали к складу. Снова скрипнули петли на воротах. Мельник с Калебом погрузили тело Назарио на небольшую механическую дрезину, стоявшую тут же, на узкоколейке, которая из склада тянулась в сторону леса. Все движения Мельника были отточены. Стало ясно, что он делает подобное не впервые. Жестом предложив Калебу садиться на переднее сиденье, он помог забраться и Нике. Ей пришлось сесть сзади. Деревянная лавка была холодной и влажной, а по соседству лежал Назарио, безучастный ко всему происходящему. Нику охватила дрожь. У передних сидений не было спинок, поэтому она обняла Калеба и всем телом прижалась к нему. Спереди по краям дрезины имелись два рычага, приводящие нехитрый транспорт в движенье. Мужчины с силой навалились на рычаги — дрезина нехотя сдвинулась с места, застонала и покатила вперёд.
— Проект пришлось закрыть, — снова продолжил свой рассказ Мельник. — Портал пока оставили в надежде, что когда–нибудь смогут поправить. Но тут кипиш такой поднялся. Всё руководство проекта как метлой смело. Понаехали новые люди с новыми идеями и технологиями. Начали всё с нуля. Да так хорошо, что уже через месяц смогли запустить туристов. О Городе Обречённых речи тогда не шло. Сделали парк аттракционов. Вы, наверно, ещё не были там. Это особенные аттракционы. В реале вы не нашли бы таких. За пятнадцать секунд до обнуления можно было вытворять что угодно. Например, разогнаться на американских горках и улететь в каньон. Адреналина столько, что жилы трещат. Люди обнулялись, ещё не успев расшибиться о камни. Ну, и всякое вот в таком роде. Стоп!
В тусклом свете единственной фары Ника увидела, что узкоколейка разделилась на две линии. Мельник спрыгнул с дрезины, подбежал к переводному механизму, поставил остряк в нужное положение, проверил — закладка в правильном положении. Снова навалились на рычаги. Поехали дальше.
— Ну вот, — Мельник не терял нить разговора. — Потом аттракционы поднадоели. Конкурировать с виртуальным «Диснеем» было бы глупо, а городок сам по себе туристического интереса не вызывал. Так и превратили его в Город Обречённых. А «обречённые» были и рады, всё равно что вернулись в старый аналоговый мир с мороженым и колесом обозрения. Здесь и дети, и старики, — всё как в обычной жизни. Никакого гламура, только по ночам начинается особая жизнь, которую «обречённые» открыли для себя позже. Благодаря химикам. О первом портале все благополучно забыли. О нём теперь знаем только я и Стив. Ну, тот химик, у которого вы «жёлтый» взяли. Он чувак надёжный. Я же взялся втайне от посторонних глаз перевозить к порталу тех, кто исчерпал циклы, но ещё не успел превратиться в монстра. Силовой контур никогда не обесточивали. Там отдельная линия на него шла. Обычная, по проводам. Я следил за её сохранностью, сам не знаю зачем. Вот типа тайна была такая. Моя тайна. Потом пригодилось. Стоп!