Он поднялся с полена, на котором сидел, взял ружьё и направился в ту же сторону, в которую ушёл Пампа. Все ждали безмолвно. Прошло две минуты. Потом пять. Дело принимало нешуточный оборот. Ещё через минуту раздался выстрел. Всё вокруг вдруг зашевелилось, зашуршало и затрещало. С кедров посыпались шишки. Оставшаяся у костра троица с ружьями наперевес бросилась во тьму, в которой пропали уже двое.
9. Спасение Армана
В Петле остров Асенсьон представлял из себя безжизненную территорию. В том плане безжизненную, что, кроме пары десятков «сумасшедших», из людей здесь никого не было. Усеянный горами и кратерами, из построек он имел всего несколько жилых зданий и Церковь Святой Марии, жмущихся друг к другу там, где в реальном мире вы обнаружили бы порт Джорджтаун. Ещё на противоположной юго–восточной части, в горах, осталась заброшенная на земле станция слежения НАСА. Но ни аэродромов, ни спутниковых антенн навигации, ни форта Бедфорт, ни Кэт–Хилл, — ничего этого двойник не имел. Таким образом, сосланные сюда на вечное заточение бедолаги были одновременно и Афонсом де Албукерки, давшим острову это имя, и Лендертом Хазенбосом, по слухам высаженным здесь в наказание за содомию. Сумасшедшими этих людей в медицинском смысле вряд ли можно было назвать (хотя имелось несколько и таких). Бо̀льшая часть из них оказались кому–то неугодными на земле по тем или иным причинам. Портал на выход запланирован не был. Билет в один конец. Навечно. Здесь не было даже синтов–охранников, как в тюрьмах. Незачем охранять того, кто уже, по сути, в могиле. Правда, в отличие от могилы, тут имелись и прекрасные виды, и еда, и неиссякаемый источник пресной воды.
Именно прекрасный вид на долину, опоясанную, будто подковой, цепью довольно высоких гор, открылся перед Пьером, когда он спустился на берег, покинув свою яхту. Ни о достопримечательностях, ни об истории этого уголка он не знал ровным счётом ничего. Задача перед ним стояла простая — найти Армана, доходчиво и не теряя времени объяснить ему положение и сигануть в портал, дабы оказаться в отеле. Улочка, по которой он поднимался к постройкам, тоже была пустынна. Признаки жизни проявились только у третьего, почерневшего от плесени дома. Прямо под окнами первого этажа пожилой мужчина окучивал клумбу с пёстрыми цветами, экзотическими на вид. Увидев приближающегося незнакомца, он выпрямился (насколько позволяла, видимо, больная спина) и замер, выцветшими глазами уставившись на Пьера.
— Здравствуйте, — сказал Пьер на родном французском.
Мужчина продолжал молчать, никак не реагируя на приветствие.
— Parlez–vous français? Do you speak English1? — спросил Пьер.
Мужчина вроде как ожил, вытер испачканными в земле руками пот со лба, крякнул и неожиданно выпалил:
— Да пошёл ты, гусеницу тебе в зад. Мои цветы. Тронешь — проломлю черепушку.
— Понятно, — только и смог вымолвить Пьер. — Всего хорошего.
И пошёл дальше по улице в поисках адекватного человека. Нача̀ло так себе. Хорошо, что это не Арман. Его он бы узнал. Видел среди фотографий на диске.
Он затяжного подъёма вверх по дороге дыхание стало сбиваться. «Курить надо меньше», — подумал Пьер, и в ту же секунду вынул из пачки сигарету. Свернул в тенёк под крыльцо какого–то здания (не то магазин, не то какое кафе), присел на перила и закурил. Непростительная трата времени. Но всё же с бухты–барахты такие дела не делаются.
— Эй, — раздался голос откуда–то сверху.
Детектив вышел из–под навеса, посмотрел на верхние этажи и увидел торчащую из окна женскую голову с растрёпанными рыжими волосами.
— Вы кто? Откуда? Новенький? Или что?
— Здравствуйте. Я ищу Армана. Где он может сейчас быть?
— Армана? — женщина на секунду задумалась. — Он на станции с другими людьми. Все там. Что–то произошло.
— А что за станция?
— Идите туда, — она махнула рукой на юго–восток. — Далековато. Но вы у Черепушки скутер возьмите. Хотя… Забудьте. Не надо у Черепушки. Пройдите ещё метров сто выше по улице, потом направо, и там увидите зелёный такой сарай. Он не закрыт. Там велосипед… Ну этот… С моторчиком. На нём в миг доберётесь до станции НАСА.
— НАСА?
— Так на ней написано.
— Спасибо, мадам.
Найти сарай особенного труда не составило. Сев на велосипед, Пьер отправился по единственной здесь приличной дороге, называемой Наса–Роуд. Само название не оставляло сомнений на счёт правильности выбранного пути. Последний отрезок шестнадцатикилометрового путешествия довольно круто шёл в гору. Скоро и сама станция показалась из–за поворота. Это было прямоугольное приземистое здание с двумя маленькими заколоченными окнами и только с одним не замурованным входом. На его крыше толпилось человек двенадцать суетливых людей. Крыша была плоская и, как дорога, сплошь закатанная в асфальт. Люди бегали по краям крыши, глядя куда–то в центр, словно там имелось что–то невидимое для Пьера. «Может, здесь и правда все сумасшедшие?» — подумалось детективу. Он объехал здание вокруг в поисках какой–нибудь лестницы, ведущей на крышу. Таковая нашлась в правом дальнем углу, вогнутом внутрь строения, словно от прямоугольника отрезали огромным ножом приличных размеров квадрат. Как только голова Пьера показалась из–за крыши и её увидели обеспокоенные смотрением в никуда люди, от толпы отделился мужчина, в котором детектив наконец–то узнал Армана.